Читаем Клыкастая Девушка полностью

— И так … Эбен. — Мама говорила так, будто она устраивала допрос аспиранта-неудачника по его диссертации. У нее даже лежал на коленях блокнот, а в руке был карандаш, все готово для заметок. — Расскажите нам о себе. Сколько Вам лет?

— Годы моей жизни составляют двадцать и еще один год, мадам. — Его руки вцепились в чашку будто руки маленького мальчика цепляющегося за игрушечного мишку, но его голос был снова бархатным. — Но моя жизнь после жизни значительно дольше. Я родился в Париже в 1770.

Кончик карандаша моей мамы сломался. Повисла такая тишина, что я могла услышать как стучат сердца у моих родителей.

— Эх, — Зак протянул с разочарованием. — Я надеялся, что ты родился в Викторианскую эпоху.

Мы все в смущении уставились на него.

— Ну чего? — сказал он оглядывая нас. — Тогда бы он смог мне помочь со штанами того времени, все стимпанки бы обзавидовались.

— Стим…. панки? — переспросил Эбен.

— Не спрашивай, — посоветовала ему я. — Честное слово не стоит.

— Эбен? — спросил отец. — Как долго живут вампиры?

Эбен поднял одну ладонь и раскрыл пальцы. — Пока нас не убили. — Он наклонился вперед, с полным решимости взглядом. — Это причина, почему я здесь. Существуют на земле люди, которые ненавидят и боятся нас и ищет, любого новообращенного. Они пытаются убить нас в самом начале, прежде, чем мы научимся защищаться. И как ты уже поняла Ханти, они уже здесь.

Мама напряглась. — Как ты поняла? — повторила она и посмотрела на меня с подозрением.

Я избегала встречаться с ней взглядом. Я не намеревалась делиться всеми подробностями ночного происшествия со своими родителями. — Я… эм… наткнулась на нескольких. Мельком. Все прошло хорошо. Мне не грозила опасность, честно!

— Ужасная опасность, — поправил Эбен, будучи в высшей степени бесполезным. — Охотники — братство, секреты которого передается из поколения в поколение. Целью братства является уничтожение всей нашей расы на земле. В течение столетий их фанатики выслеживали и убивали нас.

— Ну, будем честны, — разумно заметил Зак, — Вы — кровососущие, бессмертные монстры.

— Эй! — мама отвесила ему подзатыльник, — Не забывай о манерах, Джеймс!

— Я не могу винить вас за ваше осуждение, молодой человек. — Эбен покачал головой, его рот искривился. — Охотники тщательно взрастили ложь о моем виде в течение бесчисленных столетий, и результат этого — страх и ненависть. — Он махнул рукой в моем направлении. — Поскольку вы обнаружили, что по настоящему мы хотим жить в мире, не беря ничего, кроме того, что свободно дано нам теми, кто любит нас. Но охотников не заботит то, что мы не причиняем никому вреда. Они рассматривают нас как животных и охотятся на нас ради спортивного интереса.

— Угу, — нахмурилась я. — Вот чего мне не хватало, так это еще одной группы людей жаждущей моей смерти.

— Ханти Джейн Грин. Очевидно, только что шестое чувство моего папы издало сигнал тревоги. — Что значит, ещё одной?

Всё правильно — со всеми этими переживаниями, я всё ещё не посвятила своих родителей в разговор с создательницей прошлой ночью. — Мне звонила моя создательница, — сказала я им. — Лили. Но она не предавала значения охотникам. Она сказала, реальной опасностью является злобный, древний вампир по имени Хэйкон.

— Кхм, — откашлялся Эбен, — позвольте мне добавить.

По лицам моих родителей можно было понять, что мы били в паре секунд от их взрыва. Я попыталась предотвратить взрыв. — Потому что, ведите ли, существует что-то вроде огромной феодальной системы, потому что он, вроде как, Крёстный отец вампиров или что-то в этом роде, но Лили смогла убежать от его злобной организации -

— Кхм. — Эбон чуть поднял руку. — На самом деле, я…

— И она превратила меня в вампира в больнице, так как ей стало меня жаль, но Хэйкону это не нравится, поэтому она думает, она, возможно, тоже захотят заполучить меня. Но всё в порядке! — Быстро проговорила я, пока мои родители учащённо начали дышать. Я махнула рукой на Эбона. — Видите, она прислала Эбона, чтобы защитить меня.

— На самом деле, — наконец ему удалось вставить слово, — Хейкон послал меня.

Наступила мгновенная тишина и мы все уставились на него.

— Эм, — сказал он. Его уши начали краснеть. — Всё не совсем так, как вы думаете. — Он вздохнул и провёл одной рукой по своим растрёпанным волосам. — Моя дорогая, боюсь, твоя создательница была не совсем честна с тобой. Не существует, злобных вампиров, жаждущих тебя убить. Только охотники, которые всегда нас раздражают.

Я вспомнила, как мои нападавшие не поняли, кто такой Хэйкон, и мой желудок сжался в неожиданной неопределённости. — Но… Лили сказала…

— Твоя создательница, — сказал Эбон, — лгунья. И очень опасна. Мадам, месье. — Он повернулся к моим родителям с мрачным лицом. — Думаю, вы согласитесь что добродетельный человек не вернёт к жизни молодую девушку без согласия её родителей, не говоря уже о том, чтобы затем поощрять её к побегу из своей семьи.