Читаем Клуб 28 полностью

Джокер — это классический персонаж «DC Comics», вдохновленный историческим романом Виктора Гюго «Человек, который смеётся». Герой романа Гуинплен с детства умышленно изуродован компрачикосами — торговцами детьми. Из-за нанесенных увечий на его лице навечно застыла гротескная улыбка. Непосредственно в комиксах происхождение внешних уродств Джокера объясняется падением персонажа в чан с кислотой на химическом заводе. Образ шизофренического клоуна в интерпретации Хита Леджера создан под влиянием романов «Бэтмен. Убийственная шутка» и «Лечебница Аркхем. Дом скорби на скорбной земле». Картины Фрэнсиса Бэкона, Алекс из романа Энтони Бёрджесса «Заводной апельсин», эпатажные музыканты (в частности, Сид Вишес из панк-группы «Sex Pistols», король шок-рока Элис Купер, глэм-хард-рок-группа «Kiss»), Эрик Дрейвен из фильма «Ворон» — очевидно, все это вкупе послужило источником вдохновения для Хита Леджера.

До «Тёмного рыцаря» персонаж Джокера уже появлялся на экранах. Сизар Ромеро исполнил эту роль в телесериале «Бэтмен» 1960-х годов, Джек Николсон сыграл Джокера в фильме режиссёра Тима Бёртона «Бэтмен» 1989 года. Таким образом, Хит Леджер стал третьим, кто исполнил роль знаменитого психопата. Развивая манеры, движения, поведение, экспериментируя с голосами, актёр снимал себя на камеру, стремясь нащупать новую интерпретацию своего персонажа. Это вполне объяснимо, ведь молодой человек помимо актёрской карьеры планировал развиваться и в режиссёрском направлении (как показывают музыкальные клипы Леджера, у него были хорошие перспективы для этого). Актёру важно было нащупать идеальные голос и смех, попасть в мир психопата — человека, который не отдает себе отчёт в действиях, не знает границ, не испытывает страх ни перед чем, потому что для него всё является одной большой шуткой.

В течение нескольких недель актёр жил в самоизоляции в лондонском гостиничном номере и вёл дневник персонажа. Тетрадь содержала скриншоты из фильма «Заводной апельсин», игральные карты, фотографии гиен, клоунский грим и многое другое. Манера поведения преступника-социопата Алекса ДеЛарджа из «Заводного апельсина» оказала существенное влияние на психопата из «Тёмного рыцаря». Дневник Джокера был настолько важным при создании образа, что актёр носил его с собой на съёмочную площадку. Однако и это ещё не всё: во время съёмок «Тёмного рыцаря» Хит Леджер просил актёра Кристиана Бэйла (исполнитель роли Бэтмена) бить его по-настоящему. Об этом Кристиан Бэйл рассказал для книги Джозефа МакКейба «100 вещей, которые фанаты Бэтмена должны знать и сделать до конца жизни»: «Он подстрекал меня. Я говорил: “Знаешь, мне не нужно тебя бить по-настоящему. Если я не буду этого делать, выглядеть будет ничем не хуже”. А он говорил: “Продолжай. Продолжай. Продолжай…”. Он бил сам себя, и плитка, которой была выложена внутренняя часть помещения, стала потрескавшейся и помятой из-за того, что он бросался на стены. Он играл с полной самоотдачей»[56].

Внешность Джокера подверглась значительным изменениям в «Тёмном рыцаре», также у персонажа не было биографии и имени. Он носит костюм в фиолетово-зелёной цветовой гамме, устрашающий внешний вид достигается за счёт растёкшегося макияжа с демоническими угольно-чёрными глазницами, жутко-красной широкой улыбкой Глазго и зелёными сальными волосами. Говоря о шрамах, Джокер даёт две версии их появления: первая история базируется на издевательствах отца над ребенком после убийства матери, а вторая сводится к тому, что клоун с нулевой эмпатией сам нанёс раны из-за жены. Так как Джокер упоминает отца ещё в одной сцене («Слушай… ты мне напоминаешь моего отца. Я ненавидел отца!»), есть предположение, что первая версия наиболее близка к реальности. В конце каждой версии Джокер неизменно добавляет фразу «Чего ты такой серьёзный?» (Why so serious?), которая является теглайном к «Тёмному рыцарю».

Джокер Хита Леджера однозначно садист, так как из всех видов оружия предпочитает ножи, а также он любит динамит, порох и бензин.

При создании грима Хит Леджер принимал активное участие, считая, что у реального Джокера априори не может быть друзей, способных помочь при нанесении, а значит, у персонажа не может быть ровного и аккуратного макияжа. Стоит вспомнить диалог между Бэтменом и Боссом Морони:

«— У него должны быть друзья.

— Друзья? Ты его видел?!».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Покер лжецов
Покер лжецов

«Покер лжецов» – документальный вариант истории об инвестиционных банках, раскрывающий подоплеку повести Тома Вулфа «Bonfire of the Vanities» («Костер тщеславия»). Льюис описывает головокружительный путь своего героя по торговым площадкам фирмы Salomon Brothers в Лондоне и Нью-Йорке в середине бурных 1980-х годов, когда фирма являлась самым мощным и прибыльным инвестиционным банком мира. История этого пути – от простого стажера к подмастерью-геку и к победному званию «большой хобот» – оказалась забавной и пугающей. Это откровенный, безжалостный и захватывающий дух рассказ об истерической алчности и честолюбии в замкнутом, маниакально одержимом мире рынка облигаций. Эксцессы Уолл-стрит, бывшие центральной темой 80-х годов XX века, нашли точное отражение в «Покере лжецов».

Майкл Льюис

Биографии и Мемуары / Документальная литература
Политические мифы о советских биологах. О.Б. Лепешинская, Г.М. Бошьян, конформисты, ламаркисты и другие.
Политические мифы о советских биологах. О.Б. Лепешинская, Г.М. Бошьян, конформисты, ламаркисты и другие.

В книге рассматриваются научные, идеологические и политические аспекты послевоенного противостояния советских ученых в биологии и последующее отражение связанных с этим трагических событий в общественном сознании и в средствах массовой информации. В контексте последних утверждалось, что в истории отечественной биологии были позорные страницы, когда советская власть поддержала лжеученых – из наиболее осуждаемых говорят о Лысенко, Лепешинской и Бошьяне (1), продвигавших свои псевдонаучные проекты-мичуринскую биологию, учение о происхождении клеток из живого вещества, учение о связи «вирусов» и бактерий и т.  д. (2), которые они старались навязать взамен истинной науки (3); советская власть обвинялась в том, что она заставляла настоящих ученых отказываться от своих научных убеждений (4), т.  е. действовала как средневековая инквизиция (5); для этой цели она устраивала специальные собрания, суды чести, сессии и т.  д., на которых одни ученые, выступавшие ранее против лженаучных теорий, должны были публично покаяться, открыто признать последние и тем самым отречься от подлинного знания (6), тогда как другим ученым (конформистам) предлагалось в обязательном порядке одобрить эти инквизиторские действия властей в отношении настоящих ученых (7). Показано, что все эти негативные утверждения в адрес советской биологии, советских биологов и советской власти, как не имеющие научных оснований, следует считать политическими мифами, поддерживаемыми ныне из пропагандистских соображений. В основе научных разногласий между учеными лежали споры по натурфилософским вопросам, которые на тот момент не могли быть разрешены в рамках научного подхода. Анализ политической составляющей противостояния привел автора к мысли, что все конфликты так или иначе были связаны с борьбой советских идеологов против Т. Д. Лысенко, а если смотреть шире, с их борьбой против учения Ламарка. Борьба с ламаркизмом была международным трендом в XX столетии. В СССР она оправдывалась необходимостью консенсуса с западной наукой и под этим лозунгом велась партийными идеологами, начиная с середины 1920-х гг., продолжалась предвоенное и послевоенное время, завершившись «победой» над псевдонаучным наваждением в биологии к середине 1960-х гг. Причины столь длительной и упорной борьбы с советским ламаркизмом были связаны с личностью Сталина. По своим убеждениям он был ламаркистом и поэтому защищал мичуринскую биологию, видя в ней дальнейшее развития учения Ламарка. Не исключено, что эта борьба против советского ламаркизма со стороны идеологов на самом деле имела своим адресатом Сталина.

Анатолий Иванович Шаталкин

Документальная литература / Альтернативные науки и научные теории / Биология, биофизика, биохимия / История