Читаем Клетка тьмы полностью

— Нет, — прошептал Одар, забираясь на койку рядом с ней. — Сома скрыл наши личности не зря. Думаю, мы отправимся с первым светом, чтобы Кердан не узнал, что мы тут. Сома везет нас к Жане и Шелене. Я уверен.

Если королева и ее дочь делали это за спиной короля, может, была надежда.

— Думаешь, мы найдем союзников в лице короля Дрентона или его сына? — может, они смогут устроить внутренний конфликт, отвлечь от завоевания Империона.

— Король Дрентон может не знать, что происходит за его спиной, и он может разозлиться на Жану за такое. Но он все еще убил тысячи невинных людей. Он не будет нам помогать. Он начал эту войну, и он ее закончит или умрет, пытаясь.

Она вспомнила жуткие отрубленные головы на копьях. Одар провел пальцем по лицу Аллиссы от ее лба по щеке, челюсти и губам.

— Мне страшно, — призналась она.

— Я не дам ничему с тобой произойти.

Он не мог сдержать такое обещание, когда они были в руках садиста-безумца.

— Попытаемся сбежать, — прошептала она. Великан все еще тихо говорил со стражем у палатки. Если они хотели уйти, нужно было делать это сейчас.

Одар провел ладонью по ее волосам, нежно гладя.

— Это невозможно. Как только солдат вышел наружу, я приподнял край створки. Вокруг палатки стража. И мы посреди лагеря врага в Рассеке. Если нас поймают, то убьют.

Вариантов не было.

— Думаю, нужно рискнуть, — их все равно убьют, когда Сома доставит их к Жане. И если она не убьет их сразу, Аллисса лучше будет мертва, чем станет рычагом давления на родителей.

— Я обещал твоему отцу, что защищу тебя, и я это сделаю. Я не позволю тебе умереть.

— Есть вещи хуже смерти.

— Знаю, — шепнул он. — Но при дворе у нас будет доступ к слугам и работникам, которые могут согласиться вывести нас в обмен на защиту. Есть варианты, не оставляй надежды, — она не разделяла его оптимизм. — Просто помни, что я люблю тебя, что бы ни случилось, — его губы нежно задели ее губы. Она закрыла глаза, вдыхая его запах. Он сжал ее руку. — Мне лучше вернуться на свою койку.

— Останься, — тепло его тела успокаивало.

— Если Сома обнаружит нас вместе, поймет глубину моих чувств к тебе.

Она рассмеялась, вспомнив, как презирала его.

— Что? — спросил он.

— Просто вспомнила, как тебя впервые встретила, и к чему все пришло.

— Я не могу поверить, как ужасно вел себя с тобой, — он поцеловал кончик ее носа. — И теперь мы помолвлены, — он поцеловал ее снова. — И ты будешь моей женой, — он улыбнулся, и морщины тревоги пропали, глаза загорелись.

Надежда росла в ее груди. Она подавила ее.

— Если мы выберемся живыми, — она не хотела думать о будущем, которое могло не сбыться. И, если честно, было эгоистично думать о своих желаниях. Она была принцессой Империона, однажды будет им править. Важнее был ее народ.

Он снова сжал ее ладонь.

— Обещаю, что ты выберешься живой, несмотря ни на что.

Она заметила, что он сказал «ты», а не «мы». Она не успела задать вопрос, он встал и ушел на свою койку, оставив ее холодной и одинокой.

Аллисса пообещала себе тогда, что никогда не перестанет помнить, что ее народ важнее всего.

Глава седьмая

— Проснитесь, — рявкнул Сома.

Аллисса открыла глаза. Солдат нависал над ней. Она вскочила, и он схватил ее за руку и стащил с кровати. Другой солдат сделал так с Одаром.

— Что такое? — осведомилась она, ее голос был хриплым после сна.

Сома стоял у выхода из палатки.

— Молчать, — он был в толстом шерстяном плаще, который скрывал его тунику с гербом. Его глаза были напряженными, здоровая рука лежала на рукояти его меча. — Если вы хотя бы моргнете по пути к лошадям, вы пожалеете, что не мертвы, — он надел капюшон, скрыл свое лицо в тени. — Идемте, — он вышел из палатки.

Солдат толкнул Аллиссу вперед, и она пошла к выходу, оглянулась на Одара. Он шел следом, лицо ничего не выдавало. Она вышла наружу. Холодный воздух ударил по ее телу. Солнце еще не встало, густой туман окутывал палатки в серости рассвета.

Аллисса шагала за Сомой по тихому лагерю, ее сапоги тихо хрустели землей. Она чуть не спросила, когда солдаты встают для тренировки, но вспомнила угрозу Сомы и сдержалась.

Мужчина вышел из-за палатки и преградил их путь. Сома шагал, словно мужчины там не было. Перед их столкновением мужчина отошел. Он возвышался над убийцей и весил вдвое больше.

— Что делаете, принц? — спросил мужчина низким голосом. Он произнес титул с отвращением. Татуировки покрывали его щеки — черные завитки, кончающиеся лезвиями ножа. Они напомнили ей татуировки Дармика на шее и груди.

— Не твое дело, Брукфель, — ответил Сома.

Брукфель улыбнулся, глядя на Аллиссу и Одара, а потом посмотрел на Сому.

— Может, это не мое дело, но это дело принца Кердана. Как капитан этой армии, он выше вас. Говорите, что вы тут делаете, — он скрестил руки на широкой груди и шагнул к убийце.

Сома переминался, сжимая в руке ножик.

— Я возвращаюсь домой. Был неподалеку и решил тут заночевать. И все, — он пошел дальше.