Читаем Хронография полностью

3. В том же году [P. 270] Меердот[884], царь царей персов, который был парфянского происхождения, и его брат Осдрой, царь армян, начали войну и подступили с большой силой, чтобы учинить войну римскому государству. В сопровождении своего сына Санатрука они захватили города и разграбили многие области.

Во время опустошения района Евфратесии он (Меердот) был сброшен с коня в момент езды. Он был тяжело ранен и умер естественной смертью. Тогда на пороге смерти он сделал своего сына Санатрука «Аршаком», то есть, императором, и поставил на свое место, ибо по-персидски «Torkim» означает императора[885]. Санатрук, царь царей персов, продолжал опустошать римскую территорию. Когда Осдрой, царь армян и брат Меердота, узнал о смерти брата, он также немедленно послал своего сына Парфемаспата из Армении с большим войском, чтобы помочь своему двоюродному брату Санатруку, царю царей персов, против римлян. Когда божественный император Траян узнал об этом, он немедленно начал кампанию в 12-м году[886] своего царствования и отправился из Рима против них в месяце октябре-Гиперберетее. Когда они прибыли на место сбора, он выступил с большими силами солдат и сенаторов и отплыл на Восток. Среди сенаторов был Адриан, его родственник через брак его сестры. Он достиг Селевкии в Сирии в месяц Апеллей[887]-декабрь на мощном корабле, прибыв из базы, под названием Битиллон, который был естественной гаванью недалеко от Селевкии [P. 271] в Сирии. Персы захватили Антиохию Великую и заняли ее, на деле — не силой оружия, но мирным соглашением и договором, по которым они контролировали и охраняли ее для персидского царя царей Санатрука. Для антиохийских сановников были установлены согласованные с ними сроки для мира и сдачи через посольства персидского царя. Царь персов согласился и послал двух барзамантов (barzamanatai[888]), чьи имена были Фортин и Гаргарис, с большой персидской силой в 3000 человек. Как только император Траян достиг города Селевкии в Сирии на быстром корабле, он тайно написал антиохийским сановникам и всем гражданам, объявив о своем прибытии и сказав: «Мы знаем, что ваш город имеет большое количество собственных мужчин, не считая солдат, размещенных там. Персидских врагов, которые находятся в вашем городе, очень мало по сравнению с вашим количеством. Итак, пусть каждый человек убьет персов, которые находятся в его собственном доме, воодушевившись сердцем от нашего прибытия, потому что мы пришли, чтобы отомстить за римское дело».

4. Услышав это, антиохийцы совершили ночью нападение на персов в их городе. Они бодрствовали и убили их всех. Захватив Фортина и Гаргариса[889], двух персидских полководцев, носивших титул барзамантов, они убили их тоже, и тащили их трупы по всему городу, скандируя о них: [P. 272] «Смотрите! Фортина и Гаргариса тащат вместе в честь победы владыки Траяна. Давай! Давай! Гаргарис, Фортин!» Те персы, которые смогли убежать в то время, как тащили этих полководцев, выскользнули из толпы и убежали. В ту ночь они устроили пожар и сожгли небольшой участок города в районе под названием Скепине. Услышав это, император Траян похвалил за храбрость граждан Антиохии. Флот экспедиции, прибыв из Селевкии, направился в священную рощу Дафне, чтобы помолиться и совершить жертвоприношения у храма Аполлона. И уже из Дафне Траян послал указы антиохийцам о том, чтобы трупы персов, которые были убиты, были убраны из города; они должны были быть свалены на некотором расстоянии от города и сожжены. Весь город должен был быть очищен, и там должны были разведены костры из лавровых ветвей в каждом квартале и на каждом перекрестке города, и много ладана надо было бросить в огонь из лавровых ветвей. Требовалось также бить в барабаны и через весь город прогнать злых духов из убитых персов, и всё это было сделано. Император Траян прибыл из Дафне и вошел в Антиохию Сирийскую через так называемые Золотые ворота, то есть, Дафнейские ворота. Он нес корону из оливковых веток на голове. Это произошло в четверг 7 Абдинея-января, в четвертом часу дня. [P. 273] Он приказал бить в барабаны каждую ночь в течение 30 дней, а также распорядился, что это должно делаться каждый год в то же время, как память о разрушениях персов. Это записал Домнин летописец.