Он, сверх того, в присутствии архиепископа Адальберта императорским указом предоставил братии, служащей Богу в Магдебурге, право самим избирать архиепископа и утвердил этот дар одной грамотой, которая и сегодня там есть и в которой сияет золотом портрет его и императрицы Феофано. С разрешения цезаря и в его присутствии архиепископ, приготовившись к обедне, произнес согласно евангельскому обычаю превосходную проповедь, а затем, предъявив, огласил императорский указ о праве выбора, осудив на страшное отлучение того безрассудного, кто дерзнет когда-либо его нарушить, и заставил остальных подтвердить сказанное возгласами: «Аминь! Да будет так! Да будет так!».

Он также обратил внимание своей щедрой милости на епископство Мерзебургское и передал его епископу Гизилеру, которого очень ценил, сначала аббатство в Пёльде, а затем город Цвенкау со всем ему принадлежавшим, для службы св. Иоанну Крестителю; далее он предоставил ему все, что включают в себя стены города Мерзебурга - с евреями, купцами и монетой - лес, лежащий между реками Заале и Мульде и округами Сиусули¹⁷ и Плисни¹⁸, Корен и Нерхау, Паузиц и Тауху, Портиц и Гундорф¹⁹ и утвердил все это грамотой, писанной его собственной рукой.^f

Папа Бенедикт²⁰ пребывал в должности 1 год и 6 месяцев.

В этом году св. Ульрих, епископ Аугсбурга, отошел ко Христу на 73-м году своей жизни и 54-м году пребывания в должности, 4 июля, в пятницу.

A.974

974 г.^aИмператор Оттон, второй этого имени, по прозвищу Рыжий, помазанный в императоры-августы еще при жизни отца, в 1175 году от основания Города стал править самостоятельно; будучи семьдесят пятым¹ по счету августом, он правил после отца 10 лет.

В то же время Ренье², младший сын Ренье «Длинная Шея», потихоньку опять набравшись сил, вернулся из Франции, вступил возле Перонны в битву с графом Вернером, который получил от императора графство его отца, убил его вместе со многими [другими] и вернул себя отцовское наследство.

Сильная стужа была с 1 ноября вплоть до весеннего равноденствия.^a

^bРождество Господне император отпраздновал в селении Утрехт, а Пасху³ - в Кведлинбурге.^b

^aУмер Ратер⁴ из Лоббеса, о котором говорили: «Ратер епископ, но трижды изгнанный». Он велел написать на своей могиле следующую эпитафию: «Пусть попирают соль ноги дурных людей».^a

^cУмер Геро, славный блюститель Кёльнского престола; так как я рассказал о нем очень мало, то сообщу теперь то немногое, что осталось. Он велел искусно изготовить то деревянное распятие, что стоит сейчас в церкви⁵, где он и сам покоится. Увидев [однажды], что вершина его треснула, он исправил это, надеясь не на себя, но прибегнув к помощи высшего [творца], средству более спасительному. Часть тела Господня, единственное спасение во всех напастях, он соединил с частью спасительного креста и вставил в трещину, а затем, пав ниц, с мольбой призвал имя Господа; поднявшись, он смиренным освящением добился восстановления целостности [распятия]. Войдя однажды в свою часовню уже при свете дня, он увидел, как позже поведал своим верующим, что Святой Победитель сражается с дьяволом и побеждает его.

Дьявол, враждебный всему доброму, так как он имел обыкновение проделывать это и ранее, поведал о его смерти некоей аббатисе Герберге, которую Геро по причине чистоты ее тела и духа очень любил и часто удерживал при себе: «Я хотел бы открыть тебе мой секрет, хоть и знаю, что ты до сих пор никогда не хранила доверенные тебе тайны; но, если обещаешь верно сохранить эту, я сообщу ее с условием, что если ты когда-нибудь захочешь ее кому-то открыть, не сомневайся, я отниму у тебя жизнь. Геро, твой лучший друг, в этом году в течение трех дней будет столь тяжело болен, что всем будет казаться мертвым; но, если в течение этого срока кто-нибудь будет его охранять, он невредимым сможет избежать опасности». Раба Христова, ошеломленная этими словами, обещала молчать и надежно утаить это от всех. Однако увидев, что тот исчез, она тут же прямиком направилась к архиепископу и все ему рассказала. Дьявол, узнав это, столь сильно поразил ее, что через несколько дней она сменила жизнь бренную на вечную. Архиепископ же, служа мессу в день ее похорон, объявил о ее заслуге всем присутствующим, просил от них милости для нее и сам ее даровал.