Читаем Хранить вечно полностью

Среди свежих документов, только что полученных из Белого дома, самым важным, по-видимому, была памятная записка — Aide mémoire, расшифрованная вчера вечером. Френсис в который раз перечитал депешу. Туманное начало могло сбить с толку не искушенного в дипломатии. Шли рассуждения о священной миролюбивой миссии Штатов и о том, что «все чаяния американского народа устремлены к победе». Дальше говорилось, что Соединенным Штатам следует всеми возможными способами сотрудничать с союзниками против Германии.

Но главное сообщалось ниже:

Поэтому правительство не может ни принять участия в такой интервенции, ни дать на нее принципиального согласия.

С точки зрения правительства Соединенных Штатов, военные действия в России допустимы только для того, чтобы помочь чехословакам собраться воедино и приступить к успешному сотрудничеству с их братьями-славянами.

Какая идея содержалась в многословном меморандуме, Френсису объяснять не требовалось. Это была его идея — воевать без объявления войны. Вмешиваться, сохраняя позицию невмешательства. Помогать белогвардейским «братьям-славянам» соединиться воедино с мятежным чехословацким корпусом для наступления на Москву.

Чем скорее в Сибири появятся американские экспедиционные войска, тем лучше.

Нельзя допустить, чтобы Сибирь успели раньше оккупировать англичане и японцы и получить лакомый кусочек. Сибирь — самый большой приз для цивилизованного мира со времени открытия обеих Америк.

Почему же так затянулось осуществление планов Френсиса? Вся эта русская история так долго длится, что не хватает уже никакого терпения.

Какая здесь скука! С каким удовольствием Френсис вернулся бы сейчас на прежний пост губернатора штата Миссури, чтобы не видеть больше этой серости, этого убожества…

Посол снова подошел к окну. На улице по-прежнему моросил дождь, и не было, не было ему конца.

2

Американцы опоздали. Две их дивизии высадились во Владивостоке 16 августа — почти на две недели позже английских войск. Как ни спешило командование, как ни торопились государственный и военный департаменты, время было упущено, и когда солдаты экспедиционного корпуса сошли на берег бухты Золотой Рог, у всех пирсов уже стояли английские и французские корабли и один за другим швартовались японские.

Японцы успели добраться раньше всех: их первые дивизии высадились еще 5 апреля. Теперь полным ходом высаживались королевские и императорские подразделения морской пехоты, и всюду над портом и городом развевались британские, французские и японские флаги. Были здесь и итальянцы, и поляки, даже бельгийцы.

По улицам маршировали хорошо экипированные, подтянутые пехотинцы и матросы.

Опасения американского командования относительно всякого рода инцидентов и столкновений между американцами и японцами, которые ненавидели друг друга, оказались излишними. Те и другие вели себя «лояльно». В первый день дело обошлось несколькими драками в ресторане «Золотой Рог». Одному прикладом карабина проломили череп. Другого пристрелили за столом. Третьего ударили по голове бутылкой из-под виски. Четвертый получил пулю в спину при выходе из ресторана.

Командование издало строгий приказ. Виновных посадили на гауптвахту, и на другой день число драк заметно сократилось.

Хуже было другое — то, чего не мог предвидеть военный департамент и чего, очевидно, нельзя было устранить никакими приказами.

Добрая половина солдат экспедиционного корпуса, оставшихся до последних дней в полном неведении относительно того, куда и зачем их везут, стала проявлять признаки явного беспокойства.

В специальных сообщениях контрразведки, которые ежедневно докладывались начальнику штаба корпуса, говорилось, что моральное состояние большинства солдат заставляет сомневаться в их боеспособности и что это, видимо, объясняется деятельностью красных агитаторов, которая развернулась сразу после высадки десантов.