Читаем Кассия полностью

– Кассия, – в голосе императора зазвучала насмешливая горечь, – веришь ли ты сама в то, что говоришь? Думаешь, я здесь только из вожделения твоей красоты? У меня ведь есть вполне законный способ получать… животное наслаждение! Нет, я пришел кое-что узнать у тебя, Кассия. Ты права: сейчас между нами пропасть… Но ты сама создала ее, своими руками – зачем?! Ответь мне! Я двенадцать лет не могу найти ответа на этот вопрос – видишь, я долготерпелив!.. Но теперь я не уйду, не получив ответа! Когда ты стояла передо мной в Золотом триклине, ты была свободна, не была монахиней… И ты любила меня, Кассия, ведь я видел! Тогда мы поняли друг друга так же хорошо, как сейчас! Так зачем ты растоптала эту любовь – и свою, и мою?! Почему ты сказала «нет»?

Остатки ее намерений быть сухой и жесткой улетучивались с каждым его словом. Он хочет узнать… Видно, потому и возвратился…

– Феофил… – назвав его по имени, она сама испугалась этого и ощутила, как падает куда-то и не может или не хочет остановиться, – ты многого не знаешь… Но теперь… да, я расскажу… С юности я хотела посвятить себя Богу. Мой духовный наставник утвердил меня на этом пути. Я решила жить в девстве и совсем не думала о мужчинах, – она опустила глаза и продолжала, глядя в пол. – Отец погиб на войне, когда я еще была мала, а мать не противилась моему намерению. Придворная жизнь никогда не влекла меня. Мой отец был кандидатом, но для него ничего не было милее своего дома и семьи… У меня есть дядя, вот он всегда чувствовал себя при дворе, как рыба в воде… А я… глядя на него, я прониклась отвращением к такой жизни!.. У дяди были определенные правила, он всегда обо всем знал, «как надо», он хотел, чтобы и у нас с мамой всё было так же… чтобы мы жили, «как положено»… Он всегда корил маму, что у нас то или другое «не как у людей»… Я терпеть не могла эту надутую спесь, глупость, нелюбовь к наукам, страсть к деньгам и чинам! Дядя всегда был против того, что я много читаю и учусь… Он считал, что дело женщины – семья и дети, хозяйство… Он ругал маму, что она воспитывала меня так… «свободно»! Он хотел использовать меня для своих целей, стремился к новым чинам, к новым доходам, к почестям… Это он устроил так, что я попала на выбор невесты для тебя. Мечтал… породниться с императором!.. Я сама не хотела этого! Я еще в двенадцать лет решила, что стану монахиней…

Кассия остановилась, по-прежнему не глядя на Феофила. А он смотрел на нее, не отрываясь. Так вот как она жила… и вот почему они встретились в Золотом триклине! Благодаря этому протоспафарию Георгию… на свою беду! Беду?..

– Ко мне сватались разные молодые люди, – продолжала она, – но я была равнодушна к ним… У меня был очень хороший учитель, очень умный и благочестивый, молодой, но и к нему я не испытывала ничего, кроме дружеских чувств. Я думала, что так будет всегда, что любовные страсти пройдут мимо меня… Должно быть, за самоуверенность меня и постигло искушение…

Кассия совсем опустила голову и подумала, что рассказывает то, о чем давно хотела с кем-нибудь поговорить, – и кому рассказывает! Ему!.. Но, может быть, именно это и нужно?.. Она чуть помолчала и продолжала:

– Я попала на эти смотрины… Когда меня избрали для участия в них, я смутилась… я боялась! Я знала, что красива и что меня могут выбрать… Я хотела отказаться и не идти во дворец, но мама опасалась императорского гнева. Она уговорила меня не отказываться, а молиться Богу, чтобы свершилось то, что Ему угодно… Говорила, что если Богу угодно, чтобы я стала монахиней, Он не допустит этого брака. И я сама подумала, что это будет такой… проверкой призвания… Наверное, это был грех! Я… решила искусить Бога… и впала в искушение… Может быть, это еще потому, что я не была тверда. Во дворце я увлеклась разными помыслами… Мне понравилось там… понравилась государыня, твоя мать, понравился Иоанн… Он очень проницателен… Он сказал мне, что я испытываю судьбу, что это грозит непосильным искушением… и он был прав!.. Но я всё равно больше всего хотела монашества! Я молилась Богу, чтобы Он пронес земное царство мимо меня. И Он услышал мою молитву: ты решил спросить меня, согласна ли я… И я… подтвердила свой выбор. И всё было бы хорошо, если бы… – она замолкла и прижала руку к груди, словно пытаясь унять колотившееся сердце.

– Если бы?

Он знал ответ, но хотел услышать от нее самой. Краска совсем залила ее лицо, и Кассия ответила еле слышно:

– Государь, ты сам знаешь.

Феофил сделал еще шаг и оказался почти вплотную перед ней.

– Да, – сказал он почти так же тихо. – Теперь знаю.

Глаза Кассии широко раскрылись, она почти в ужасе взглянула на Феофила и тут же снова опустила взор. «Неужели он нашел эту книгу?.. Боже! Как он читает!..» А он продолжал: