Читаем Кассия полностью

…Ветер был плохой, судно тащилось еле-еле, но на другой день после отплытия, ближе к вечеру, вдали всё же замаячил Хиос. Оживившиеся пассажиры забыли про жару, от которой совсем спеклись за время плавания, и принялись обсуждать, кто что сделает по прибытии на остров. Стоянка должна была продлиться до следующего полудня – надо было пополнить запасы воды. Для нескольких человек Хиос был конечным пунктом следования, чем они вызывали некоторую зависть у остальных: всё-таки на суше чувствуешь себя уверенней, чем на воде… К тому же почти все, бывшие на судне, впервые делали такой большой переход – напрямик с Андроса на Хиос, а не через Тинос, Икарию и Самос: двое богатых купцов торопились к празднику Преображения попасть в Смирну, и заплатили молодому – а значит, не сильно опытному – навклиру втридорога за то, чтобы не плыть вкруговую. Тот согласился, понадеявшись на удачу и на то, что судно недавно заново просмолили и укрепили стяжки, но теперь с тайным беспокойством посматривал на горизонт, где появилась подозрительная темно-синяя полоса. Ветер между тем покрепчал и посвежел, судно ускорило ход, и пассажиры радовались, однако навклир все больше хмурился: синева приближалась к ним быстрее, чем вожделенный остров, а ветер поменял направление и задул в правый борт. Вскоре солнце упало в тучу, стало холодно, волнение всё усиливалось.

– Будет буря? – с беспокойством спросил один из купцов, подходя к навклиру.

Словно в ответ, налетел первый сильный порыв ветра, судно дало крен, жалобно скрипнули мачты. Купец неловко взмахнул руками и растянулся на палубе.

– Дьявол! – выругался навклир. – Не успели дойти до порта!

– Мы еще успеем причалить вон там! – крикнул кормчий, протягивая руку к оконечности острова, который был уже совсем близко.

– Ты прав! – ответил навклир.

Он уже хотел дать команду брать курс в гавань, когда под ухом раздался тихий, слегка взволнованный голос:

– Господин, не надо идти к берегу! Мы там непременно погибнем!

Навклир раздраженно обернулся. А, Лев, этот странный молодой человек, едет в Смирну и не везет с собой ничего, кроме кучи книг, упакованных в кожаные мешки! Похоже, он много знает… По крайней мере, вчера он дал дельный совет относительно того, как лучше сложить груз в трюме: всё поместилось, даже осталось место… Но что он может понимать в мореплавании?!..

– Послушай, господин хороший, не наводи панику! Погибнем у берега? Что за чушь!

– Нет, не чушь. У берега волны в несколько раз сильнее, и корабль разобьет, как щепку! Это в хорошую погоду у берега безопасно, но не в бурю. В бурю надо держаться от него подальше, поверь мне! Сейчас нам лучше идти в открытое море.

– В море?!..

Навклир взглянул на Льва как на сумасшедшего, но в следующий миг его одолели сомнения. Он еще никогда не попадал в шторм и не очень хорошо представлял, чего тут можно было ожидать. До острова было рукой подать, и уходить в море казалось сущим безумием. Но в то же время вспоминались много раз виденные на прибрежных скалах обломки и рассказы о том, как суда гибли, «чуть-чуть не доплыв до гавани», у самого берега…

– Ну, и что мы будем делать, если уйдем в море? – спросил он, глядя на Льва сверху вниз. – Ветер, поди, станет так крутить и вертеть, гнать и кидать, что нас унесет за много миль отсюда… А если начнем тонуть, то уж точно не спастись никому!

– Судя по запаху, ты недавно смолил судно, – улыбнулся Лев. – Бог даст, оно выдержит. А чтобы нас не унесло… – он задумался на несколько мгновений. – Думаю, надо накидать за борт как можно больше толстых канатов, они не дадут ветру так легко вертеть нами, и кидать будет меньше.

Навклир задумался. Сказанное Львом не очень убедило его, однако надо было на что-то решаться – качка всё усиливалась, и было ясно, что команда вскоре не сможет справляться с судном. «Была не была!» – и навклир, помолившись Богородице и Георгию Победоносцу, приказал сделать поворот через левый борт и идти в море. Кормчий сначала не поверил своим ушам, а когда понял, что навклир не шутит, заявил, что не будет исполнять такой безумный приказ. На это навклир угрожающе ответил:

– В таком случае ты отправишься в трюм… или за борт!

С руганью и проклятьями кормчий с матросами поставили рулевое весло на левом борту и изо всех сил держали его, разворачивая «Европу». Пассажирам было велено или пособлять матросам удерживать весло, или спускаться в трюм. Лев хотел помогать, но навклир велел ему убираться вниз – команда была слишком раздражена на «безмозглого юнца, из-за которого все скоро отправятся к морским дьяволам».

Лев послушался, но вскоре понял, что это была ошибка: судно всё сильнее раскачивало, и всех начало тошнить, особенно выворачивало трех купцов, успевших в обед изрядно нагрузиться вином. Вскоре в трюме поднялась невыносимая вонь, а незакрепленные тюки стало кидать от стены к стене, люди едва успевали уворачиваться. Один из купцов рассек лоб о перегородку, после чего внезапно в ярости бросился ко Льву с воплем:

– Убью, собака! Из-за тебя мы все утонем!