Читаем Карантин полностью

— Хуй я положил на твои слова. Поехали, или я сам за руль сяду.

И всю дальнейшую дорогу он молчал. В конце дороги, когда уже подъезжали к Астрабаду, Собир, которому вовсе не улыбалось, чтобы Бури узнал правду о его делишках, стал плакать и умолять Фаттоха. Но тот молчал. Приехав к Бури, Собир первым кинулся к родственнику стучать на Фаттоха. Фаттох сидел во дворе и спокойно курил, когда его позвали к хозяину. Бури сидел в своем кресле, пристроившийся сбоку от него Собир разливал чай по пиалам. Выглядел он спокойным и почти счастливым.

— Собир мне тут много чего рассказал интересного. Что ты скажешь?

Фаттох спокойно в двух словах рассказал, что произошло.

Собир отреагировал мгновенно и бурно:

— Врет, амаке, ты посмотри на его рожу. Можно ему верить?!

Бури задумчиво отпил чаю, потом поднял глаза на Собира:

— Ты, я вижу, меня совсем за дурака держишь? — спокойно но, так, что у Собира волосы встали дыбом, спросил он родственника. — У этого, как ты говоришь, бараньего погонялы в столице ни одного знакомого нет, кому бы он там пихнул "геру"?!

— Ты вообще в столице бывал до этого? — спросил Фаттоха Бури.

— Нет, таксыр. Один раз только был в областном центре.

— Вот там и договорился, что продаст "дурь", — выпалил Собир.

— Он там был со мной, и все время провел рядом, — тихо сказал Бури. — И лучше сейчас признайся сколько "геры" ты у меня своровал. Честно. Не зли.

Но Собир был глупым парнем:

— Амаке, — сказал он, прижав ладонь к сердцу, — разве я могу украсть у вас?!

Бури налил себе полную пиалу обжигающего чая и выплеснул его в лицо Собиру, а потом воткнул ему в глаз двузубую позолоченную вилку, после чего бурно дыша, плюхнулся назад в свое кресло.

— Таксыр, зачем вам пачкаться. Сказали бы, я все бы сделал.

— Ладно. Убери эту падаль отсюда. Он мне кровью весь ковер испачкал.

— Совсем убрать?

— Нет. Не трогай. Отвези его домой. Пусть живет, но мне на глаза, чтобы больше не попадался. Да, и ковер выкинь.

Фаттох отвез Собира к его родителям. И через пару часов вернулся к Бури с новеньким большим ковром.

— Ты что его в химчистку сдавал?! — удивился Бури.

— Нет. Я сказал его отцу, что Собир испортил твой ковер и велел ему найти новый. Он же завмаг. Знает где, что лежит.

Бури долго смеялся своим особенным беззвучным смехом.

* * *

Однажды на пляже, пока Насимов в упоении гонял на водном мотоцикле, осваивая искусство скольжения по гребням волн, к Нельке подвалили трое парней.

— Скучаете, девушка?

— Грустно в одиночестве сторожить полотенца.

— Особенно, если девушка такая красивая.

— Ой, а чегой-то она такая молчаливая.

— Наверно, строгая.

— Девушка, а вы почему молчите все время?

Они окружили ее, один даже присел сбоку на корточки и интимно положил руку на изголовье лежака.

— Девушка, вы по-русски понимаете?

— Понимаю.

— И молчите?

— Наверно, опасаетесь, что ваш друг заревнует.

— Просто слушаю, прикидываю: насколько интересны вы, как собеседники. А насчет моего друга вы правы. Может разозлиться.

Насимов разглядел, наконец, скульптурную группу возле Нельки и повернул к берегу.

— Стас, ты слишком близко подполз к мисс. Сейчас тебе проведут коррекцию лица и фигуры.

— Но, Надирчик, вы же не бросите товарища в беде? — спросил, немного разыгрывая панику, Стас — парень не слабый, с хорошо развитой мускулатурой.

— Мы же — благородные люди, Стасик. Дуэль — это всегда один на один.

— Ну, хватит, ребята поприкалывались. Мой друг — человек воспитанный, но серьезный.

Насимов выволок скутер на песок и не спеша подошел к Нельке. Взял полотенце, стал вытирать лицо, грудь.

— Здравствуйте, — вежливо сказал Стас, по- прежнему не вставая и не убирая руки с изголовья.

— Вам чего, граждане? — спросил Насимов.

— Да, вот, хотели познакомиться.