Читаем Карантин полностью

А странная девчонка Нелька после того случая в детском саду надолго исчезла с горизонта, мелькала в школе, но ни с какими шайками больше не вожжалась. А Насимов выдерживал характер и в ее сторону даже не глядел. Но однажды вечером я случайно увидел их вместе в кино.

Нелька мне не то чтобы не нравилась. Красивая была девчонка. Но не всегда понятная. Я ей однажды даже задал ехидный вопрос: большое ли ты, Нелечка, удовольствие получила от побоища в детском саду?

— Удовольствие, не удовольствие, а пользу кое-какую извлекла, — рассеянно сказала она.

— Пользу?!

— Ну, отстань, чего ты?!

В такие моменты, когда она говорила непонятные вещи, или поступала непонятно, я ее убить был готов. Насимов же ею почти бредил. Меня он в то время почему-то стал избегать.

Но очень скоро все встало на свои места. Нелька из-за папы-военного за год до окончания школы, уехала из города. Насимов опять стал появляться у меня. Опять усердствовал по части спорта. Навалился на книги. Будто хотел всем этим забить свою тоску по Нельке.

Как-то незаметно и буднично прошли выпускные экзамены. Никаких происшествий, если не считать, что перед последним экзаменом — химией — я сломал себе руку. В силу чего химичка объявила меня симулянтом и придиралась больше, чем ко всем. Она считала невероятным, что перед ее экзаменом можно играть в футбол.

Сломали меня коллеги-любители с соседнего квартала. Сломали по подлому, когда я прорывался по краю к воротам и неминуемо должен был вколотить свой четвертый мяч. Меня взяли в коробочку и я летел высоко и долго. Приземляясь неудачно подставил руку. Когда меня подняли, один из обидчиков, плюясь кровавой слюной, метался за спинами разнимающих и выкрикивал угрозы в адрес Насимова, молча и яростно рвущегося к нему.

После экзаменов и разухабистого выпускного вечера, который проходит одинаково везде, я сдал документы в университет, Насимов, собрав манатки, отбыл поступать в военное командное училище воздушного десанта. Он был безудержным романтиком, а характер требовал дела, которое могло бы, по его мнению, быть по плечу настоящему мужчине.