Читаем Канун трагедии полностью

После обмена раздраженными посланиями отношения еще более ухудшились. Небольшое их оживление произошло после отставки Галифакса и назначения британским министром ино­странных дел А. Идена, давнего сторонника улучшения совет­ско-британских отношений.

27 декабря Идеи пригласил Майского и заявил, что между обеими странами нет никаких органических противоречий в сфере внешней политики. При этом он ссылался на московское коммюнике 1935 г., подписанное во время его визита в СССР⁶¹. Иден говорил так, будто не было столь острых разногласий в последние месяцы и раздражения Лондона визитом Молотова в Берлин. Майский повторил советскую оценку событий и от­метил нежелание английского правительства улучшать двусто­ронние отношения.

Информируя советского посла в США Уманского о состоя­нии англо-советских отношений, Молотов писал, что в них пре­обладали главным образом вопросы, связанные с Прибалтикой и с торговыми переговорами. Речь шла прежде всего о судьбе золота Прибалтийских стран и его передаче госбанку Совет­ского Союза. Сообщалось также о том, что Англией было задер­жано 39 латвийских и эстонских судов. Из бесед с английскими представителями становится все более очевидным, что все мероприятия в отношении СССР английское правительство со­гласовывает с Вашингтоном⁶².

В феврале 1941 г. английское правительство предпринимает новую инициативу. Встречаясь с Вышинским, посол Криппс сообщил, что глава британской дипломатии А. Иден направля­ется с визитом в Анкару. В этой связи Криппс хотел бы узнать "мнение Сталина о желательности и возможности встречи Идена" с ним, что могло бы способствовать улучшению англо­советских отношений⁶³.

Таким образом, британское правительство снова зондиро­вало возможности улучшения англо-советских отношений. Не­сомненно, это было связано в том числе и с тем, что Германия усиливала продвижение на Балканы. Кроме того, и политиче­ская информация и данные британской разведки свидетельст­вовали о том, что во время визита Молотова в Берлин не было заключено никаких новых советско-германских соглашений, напротив, противоречия между двумя странами явно усилива­лись.

В архиве Великобритании (Public Record Office) имеется специальная подборка донесений из различных стран, относя­щихся к рассматриваемому периоду, в которых говорится о растущей напряженности между Германией и Советским Сою­зом и о возможном столкновении между ними. Количество со­общений такого рода резко возросло начиная с января 1941 г. 3 января военному атташе в Москве была направлена телеграм­ма из Лондона, в которой говорилось о нарастающей враждеб­ности Германии в отношении СССР⁶⁴. В январских телеграм­мах от ряда других британских дипломатов прямо говорилось, что, судя по неофициальным источникам, готовится герман­ская атака на Россию⁶⁵. В Будапеште также росли слухи о напряженности, о том, что румыны надеются с помощью Гер­мании вернуть себе Бессарабию⁶⁶.

В те дни Вышинский сообщил Криппсу: по мнению совет­ского правительства, "сейчас еще не настало время для реше­ния больших вопросов путем встречи с руководителями СССР", тем более, что встреча Идена со Сталиным политиче­ски не подготовлена. Криппс уловил определенные нюансы в советском ответе. Он тотчас же отреагировал на слова Вышин­ского о том, что время еще не настало — такая постановка воп­роса может говорить, что такое время может наступить в буду­щем. Вышинский ответил: "Наступление такого времени в будущем не исключено, но в будущее заглядывать трудно"⁶⁷.

Сталин явно не был готов к какому-либо пересмотру во внешней политике, но в это время напряженность в отношени­ях с Германией стремительно нарастала, так что можно было ожидать значительных перемен. Новое болгарское правитель­ство дало согласие на ввод германских войск в Болгарию, что, как известно, заставило Москву выступить со специальным за­явлением, осуждающим решение болгарских властей⁶⁸. С этого момента одним из главных вопросов в англо-советских контак­тах стала позиция и положение Турции.

6 марта Вышинский на встрече с Криппсом уже подробно обсуждал турецкие дела. Британский посол изложил свое мне­ние о развитии событий на Балканах. По его мнению, Германия теперь после ввода войск в Болгарию будет добиваться того же в отношении Югославии и параллельно усилит нажим на Тур­цию, стремясь склонить ее присоединиться к тройственному пакту. По словам Криппса, будущее Турции будет зависеть во многом от помощи со стороны Англии и Советского Союза. В связи с этим британские власти фактически предлагали