Читаем Канатная танцовщица полностью

В течение двух дней Виктор не видел Александры Васильевой. Он навел справки. Нет, она не выехала из отеля.

На следующий вечер она пришла обедать в ресторан. Виктор занял столик поблизости.

Он не обращал на нее ни малейшего внимания, но она не могла не заметить его, занятого смакованием бургундского.

Затем они курили в холле, чуждые друг другу. Виктор разглядывал всех проходивших мужчин и старался угадать среди них Люпена. Но никто из них не походил на Люпена, да и княжна Александра казалась безразличной ко всем этим людям.

На завтра та же программа и то же поведение.

Но послезавтра, когда она спускалась к обеду, они снова оказались вместе в лифте. Ни единого жеста ни с той, ни с другой стороны. Можно было подумать, что они не видят друг друга.

«Неважно, княжна, – подумал Виктор, – что вы считаете меня вором. Первый этап преодолен. Какой будет следующий?!

Через два дня произошло событие, которое было на руку Виктору. У одной проезжей американки в отеле была похищена шкатулка с драгоценностями.

«Вечерний листок» известил о происшествии, обстоятельства которого говорили об исключительном хладнокровии преступника.

Княжна всегда находила «Листок» на своем столе и рассеянно просматривала его. Она бросила взгляд на первую страницу и сразу же посмотрела на Виктора, как бы говоря себе:

«Это – он».

Виктор, наблюдая за ней, слегка поклонился. Она углубилась в более детальное чтение.

«Она, видимо, считает меня грабителем высокой квалификации, подвизающимся в отелях. Я должен внушить ей уважение. Какой я смелый в ее глазах! Другой сбежал бы, а я – остался!»

Сближение было неизбежно. Виктор облегчил его, усевшись на диван рядом с ее любимым креслом.

Княжна вошла, с секунду поколебалась и села на диван.

Возникла пауза, пока она закуривала. Затем она положила руку на затылок, как тогда, нащупала и вытащила из прически аграф и, показав его, сказала:

– Видите, сударь, я нашла его.

– Как странно, – удивился Виктор, вынимая из кармана украденный аграф, – а я его тоже нашел…

Женщина была сбита с толку. Она, конечно, не предвидела подобного признания и, вероятно, должна была понять, что перед ней соперник, бросающий ей вызов…

– Значит, мадам, у вас их пара? Как жаль, что оба аграфа не остались у вас!

– В самом деле досадно, – пробормотала она, бросая сигарету в пепельницу и поспешно уходя.

Но назавтра они встретились в ресторане. На ней было платье, обнажавшее руки и плечи, и выглядела она более приветливо.

– Я, должно быть, кажусь вам несколько странной, не правда ли? – тихо спросила красавица.

– Вовсе нет, – возразил он, улыбаясь. – Говорят, что вы русская и к тому же княжна. А русская княжна в наше время весьма редкое явление. Для такого экзотического существа, как вы, любая странность простительна.

– Жизнь сложилась так тяжело для меня и моей семьи! Сначала мы были очень счастливы. Я любила всех и была любима всеми! Маленькая девочка, доверчивая, беззащитная, непосредственная, интересующаяся всем и ничего не боявшаяся, всегда готовая смеяться и петь… Несчастье пришло позже, когда мне исполнилось пятнадцать лет и я была уже невестой. Погиб отец, погибла мама, замучили моих братьев и моего жениха. А я… – Она провела рукой по лбу. – Я не могу об этом вспоминать… Но не могу и забыть… Внешне я спокойна, а в душе… Иногда задаю себе вопрос: как я могла все это вынести? Да, я познала вкус печали…

– Должно быть, в результате пережитых в прошлом ужасов у вас возникла потребность иметь друзей среди сильных мужчин? И если бы на вашем пути встретился подобный господин… не слишком добрый католик, который слегка отклоняется от правил… то он, естественно, возбудил бы ваше любопытство.

– Естественно?

– Бог мой, конечно! Вы пережили столько опасностей, что это приучило вас жить в драматической обстановке, не ссориться и быть любезной даже с тем, кто может вам в любой момент навредить.

Она, склонившись в его сторону, жадно слушала. Он пошутил:

– Но главное, мадам, не будьте слишком снисходительны к подобным субъектам и не считайте их лучшими представителями рода человеческого. Просто у них немного больше смелости, чем у прочих, и крепче нервы. Вопрос привычки и контроля над собой. Таким образом, в тот момент…

Он нахмурился и очень тихо проговорил:

– Отодвиньтесь от меня, так будет лучше.

– Почему? – спросила она, невольно выполняя его совет.

– Вы видите того крупного господина в смокинге, который прогуливается внизу?

– Кто же это?

– Полицейский.

Ее невольно передернуло.

– Комиссар Молеон. Он ведет следствие о хищении шкатулки.

Инспектор заметил на ее лице следы волнения.

– Пойдемте, – пробормотала она.

– К чему уходить? Если бы вы знали, как эти люди ограниченны! Молеон! Это форменный идиот. Есть, пожалуй, еще один, похлеще…

– Кто же это?

– Его помощник… Некий Виктор из спецбригады.

– Виктор из спецбригады? Я что-то читала о нем.

– Да, это он вместе с Молеоном занимается делом о бонах, драмой в Бикоке… И этой несчастной Элиз Массон, которую убили.

– Как он выглядит, этот Виктор?