— А ты, Витька, родичей пощадил этих двух воевод? — вылез вперёд мой дед, вокруг которого опять начал формироваться огненный столб.

Да и у меня перед глазами опять встали эти фотографии из Мытищ. В голове что-то щёлкнуло…

— Лёшка! Лёшка! — кто-то орал мне в ухо. — Очнись! Лёшка! Лёшка!

Придя в себя, первым, кого я заметил, был Прохор. Маячили лица отца, деда, Императора, Великих князей…

— Посмотри на меня! — орал мне в лицо Прохор.

— Смотрю. — попытался кивнуть я.

— Как меня зовут?

— П-прохор…

— А ты кто?

— Князь Пожарский.

— Ну, слава богу, в себя пришел… — Прохор уступил место другим.

— Лёшка, ты как? — дед смотрел на меня с тревогой.

— Уже нормально. — я попытался встать. — Что случилось?

— Это был «Царский гнев», внучок! — на меня с улыбкой смотрел Император. — О котором многие, к сожалению, стали забывать. Можешь удостовериться. — он указал в направлении ворот особняка Гагариных.

Там валялись три тела.

— Я их убил?

— Нет, Алексей. — хмыкнул Николай Третий. — Только младшего, который бунт в Измайловском полку хотел устроить. Князь Гагарин и наследник просто сильно контужены. С ними мы разберёмся. Не переживай.

— И что теперь? — я тупо уставился на него.

— А теперь Михаил Николаевич нас в своём доме угостит чаем. Да, Михаил Николаевич?

— Да, Государь. — кивнул дед.

— Тогда идите потихоньку в особняк Пожарских, мы вас догоним. И, кстати, Алексей, всё имущество Гагариных теперь твоё. Мы проследим.

Когда мы уже подходили к воротам особняка, дед решил нарушить молчание:

— Да, Лёшка, теперь имущество Гагариных твоё… — хмыкнул он, повторяя слова другого моего деда. — Богат, как Крёз!

— И что изменилось? — поинтересовался Прохор. — Он и до этого был не беден…

— Это да… — князь Пожарский и не подумал убрать с лица ухмылку. — А сейчас так вообще!..

* * *

— И как вам? — поинтересовался в «Газели» Император у своих родичей, фактически являвшихся на сегодняшний день Советом Рода.

— Так нас всех зацепило! — высказался Великий князь Владимир с плохо скрываемым восторгом, а все остальные закивали. — Самый настоящий «Царский гнев»! У кого-то будут вопросы, сомнения? — брат Императора посмотрел на своих сыновей и обоих племянников. — Вопросов нет. Когда будем вопрос решать официально, Государь?

— Завтра, утром. — ответил Николай Третий. — А сейчас к Пожарским в особняк едем, уважение надо проявить за воспитание достойного Романова! Сын, — обратился Император к наследнику престола, — серьёзный разговор у нас тобой впереди. Будем обсуждать подготовку и итоги сегодняшних мероприятий. А сейчас будь аккуратнее! Алексей парень не простой! Это и вас касается, племяши!

Глава 2

Когда мы зашли во двор, дед развил бурную деятельность:

— Быстро всё проверь! — приказал он Владимиру, начальнику охраны особняка. — Здесь Император и остальная семья через пять минут будет. Передай в дом, пусть большую гостиную готовят! И чтоб не пылинки и соринки!

Потом дед приказал поставить все машины в гараж, даже свою «Чайку». Потом очередь дошла до домика охраны на воротах и внешнего вида самих охранников:

— Так. Заново заправились и застегнули все пуговицы! — команда была незамедлительно выполнена под суровым взглядом Главы Рода. — Нормально. Теперь ворота открывайте. — он вышел из домика и дождался, пока распахнут ворота. — Один внутри, — он указал на домик, — трое к воротам, греческие статуи изображать будете.

— Деда, а что за «Царский гнев»? — спросил я у него, когда он немного расслабился.

— А это тебе, Лёшка, пусть Романовы сами рассказывают. — усмехнулся дед. — Это способности вашего Рода. И тебе, Прохор, на эту тему с Его Императорским высочеством разговаривать запрещаю! — он посмотрел на моего воспитателя. — Пусть сам у отца и царственного деда спрашивает. — на что Прохор кивнул. — А ты, Алексей Александрович Романов, не вздумай меня и Прохора позорить недостойным поведением перед остальными Романовыми. Скажут ещё, что зря тебя на воспитание в Род Пожарских отдали. Ты меня услышал, Алексей? — дед был очень серьёзен.

— Услышал. — кивнул я.

А про себя подумал: «Видимо придётся свои обиды засунуть куда подальше… О какой благодарности деду и Прохору вообще может идти речь, если я элементарно не смогу выполнить их просьбу, и подведу этим самым недостойным поведением».

В это время, как раз, во двор заехала знакомая «Газель», которую в том же порядке, как и у особняка Гагариных, покинули мои новые родичи.

— Государь! Ваши Императорские Высочества! Прошу в дом! — князь Пожарский сделал приглашающий жест, и зашагал к особняку.

Романовы пошли за ним, мы с Прохором пристроились в конце.