Читаем Камень. Книга 2 полностью

Большая гостиная представляла собой помещение, заставленное по периметру диванами и креслами, с журнальными столиками между ними. Именно здесь собирались члены Рода Пожарских по торжественным поводам. Вдоль стены выстроились три поварёнка, со стеклянными глазами, вырядившиеся в красные косоворотки, чёрные штаны и короткие сапоги, которые, видимо, должны были играть роль официантов. За старшего у них был дед Семён, старый денщик Главы Рода, последнее время негласно исполняющий обязанности управляющего особняком.

— Семён! Давно тебя не видел! — воскликнул Император.

— Лет пятнадцать, Ваше Императорское Величество! — низко поклонился тот, а поварята поклонились ещё ниже.

— Время летит, не остановишь… — протянул Николай Третий. — Рад видеть тебя в добром здравии!

— И я вас, Ваше Императорское Величество! И всех ваших родичей! — выпрямившись, кивнул Семён.

— Государь! Ваши Императорские высочества! Располагайтесь! — сказал князь Пожарский. — Что будете?

— Водку. — Император оглядел родичей, те, соглашаясь с выбором, кивнули.

— Семён, проследи. — кинул дед, тот поклонился и вышел вместе с поварятами.

Так получилось, что князь Пожарский сел в кресло по центру гостиной, Романовы расположились от него по левую руку, я занял место рядом с дедом справа, а Прохор направился на выход.

— Прохор, вернись. — остановил моего воспитателя Император, и указал ему место рядом со мной.

На минуту повисла неловкая пауза, во время которой всё внимание моих новых родичей было устремлено на меня. Если отец с дедом-Императором и его братом смотрели с улыбкой, то вот взгляды Великих князей были изучающими. Мне, откровенно говоря, стало от этих всех взглядов не по себе…

— Ну что, Алексей, давай знакомиться! — усмехнулся Николай Третий. — Меня ты должен знать, по всей Империи портреты развешаны… — я кивнул. — Так получилось, что я твой дед. Именно так меня и называй в неформальной обстановке, такой, например, как сейчас. Во всех остальных случаях обращение «Государь» вполне сгодиться. Это мой сын, Александр, твой отец. Вы уже знакомы, как и с твоим двоюродным дедом Владимиром. — Великий князь встал и кивнул. Его примеру последовали и все остальные Великие князья. Встали и мы с Прохором. — Дядька твой, Николай. — родной брат отца тоже кивнул. — Двоюродные дядьки Николай, Александр и Константин. Присаживайтесь. — Император махнул рукой, и мы все сели. — Формально, только завтра состоится Совет Рода, на повестке которого будет один вопрос — признание Алексея Александровича Романова сыном цесаревича Александра без приставки незаконнорожденный, со всеми вытекающими из этого последствиями. Думаю, тебе, Алексей, не надо объяснять эти самые последствия? — Император смотрел на меня вопросительно.

— Не надо, Государь. — кивнул я. — Дед с Прохором мне всё объяснили.

— Хорошо, Алексей. — Император улыбнулся. — Совет состоится завтра в десять утра, в Жуковке. Не опаздывай. Михаил Николаевич, нашего внука доставишь лично. Прохор, будь тоже.

— Будем, Государь. — заверил князь Пожарский.

— И ещё, Алексей. — второй мой дед опять смотрел на меня. — Решение о том, что ты будешь воспитываться в Роду Пожарских, принимал я. Фактически единолично. Твой отец возражал, как и твоя бабка, Императрица Мария Фёдоровна. Все свои обиды и претензии можешь высказывать мне, Александр виноват лишь в том, что очень сильно любил твою покойную мать. В своё оправдание могу сказать лишь одно — действовал я так только для блага Рода. Возникла бы сейчас такая же ситуация — поступил бы аналогичным образом. Станешь постарше, Алексей, может и поймёшь…

Наш разговор прервался с появлением поварят, возглавляемых Семёном. Шустро выставив на столы графины с водкой и закуску, они, по знаку хозяина дома, покинули гостиную.

Эта маленькая пауза в разговоре позволила мне чуть по-другому взглянуть на отца, ведь Император фактически подтвердил слова деда и Прохора о том, что цесаревич всегда был рядом.

Первый тост был за Главу Рода Пожарских, в котором Император выразил благодарность славному Роду Пожарских за моё достойное воспитание. Следующим, ответным тостом князь Пожарский поблагодарил Род Романовых за оказанное доверие, и дал понять, что с моим воспитанием не было особых проблем, по причине хорошей наследственности, многозначительно посмотрев на Николая Третьего и цесаревича. Выпили и за это. Отдельного тоста удостоился и Прохор, которому пообещали, что его деятельность в качестве воспитателя скоро не закончится, по крайней мере, точно продлится до моего совершеннолетия. Напряжение за столом постепенно развеялось, и присутствующие как-то незаметно разделились на две группы — князь Пожарский с Императором и Великим Князем Владимиром Николаевичем, и мы с отцом, Прохором и остальными Великими князьями.