Читаем КАБАМОРСОВ полностью

История о Кабаморсове, маленьком совёнке, не сумевшем поймать мышонка, так и осталась бы в памяти лесных жителей как всего лишь смешная история, рассказываемая на вечеринках, чтобы повеселить публику. Однако мало кому могло прийти в голову, что это забавное происшествие никак не связано с глупостью или трусостью героя. Напротив, надо быть очень смелым существом, чтобы честно заявить о своём желании пойти против общепринятых норм жизни. Никто не любит выскочек, и если в природе и принято хищнику поедать другого зверя, то это закон, и незачем здесь устраивать дискуссии. Но вот беда, совёнок больше не мог прикасаться к обычной совиной пище, его просто начинало тошнить при виде мышиного мяса. Чтобы не умереть с голоду, он начал потихоньку питаться лесными ягодами. Первое время он изучал свои возможности: можно ли прожить без мяса хотя бы несколько дней? Оказалось, что запросто. И вот незаметно пролетел месяц в лагере. Казалось бы, Кабаморсов должен был отощать от недоедания. Но этого не происходило. С каждым днём совёнок становился всё сильнее и мудрее. В силе и ловкости ему не было равных. Конечно, в этом ему помогали его новые друзья, но не будем забегать вперёд и продолжим рассказывать эту удивительную историю по порядку.

В лагере образовалась банда, состоящая из трёх самых отвязных хулиганов. Главным среди них был совёнок по имени Кавал. Он ненавидел учиться, был драчлив и не любил никому подчиняться. В лагере его все обходили стороной, поскольку он часто обижал младших, отбирая у них игрушки и сладости. Никто на него не жаловался, потому что боялись, молча терпели унижения, а тому только того и надо было. С Кабаморсовом у него сразу не заладилось. На уроках биологии Кабаморсов всегда был в первых рядах, поднимал крыло, чтобы ответить и рассказать о своих наблюдениях за животными и насекомыми. Так он стал лучшим в группе, отличником и любимчиком учителей. Кавал же терпеть не мог умников и всё ждал момента, чтобы поставить его на место.

С тех самых пор, как Кабаморсов подружился с Чипом, не проходило ни дня, чтобы они не встретились. Совёнок всегда прилетал с полной корзиной ягод или фруктов, они заваливались на мягкие кочки мха и начинали весело хрумкать, рассказывая друг другу смешные истории, а иногда делясь своими мыслями о том, как же всё-таки интересно устроен мир. Но столь частые вылеты из лагеря по утрам не могли остаться незамеченными. Именно Кавал предложил выследить Кабаморсова, раскрыть его секрет, а может и припугнуть при случае, чтобы тот особо не задавался.

Всё случилось на следующий день. И так совпало, что это был день рождения мышонка Чипа. Набрав полный мешок вишен, Кабаморсов спустился к норе своего приятеля. Мышонок вылез наружу и с улыбкой пригласил друга в гости:

– Там внизу накрыт стол, есть торт и пирожные, Белли сама готовила, спускайся к нам!

Кабаморсов просунул голову в нору, голова кое-как вошла, но тело никак не хотело пролезать.

– Эй, Чип. А нельзя ли вам чуть-чуть расширить двери, что-то тут тесновато у вас, никак не могу войти.

– Может, просто кому-то надо похудеть? – пошутил мышонок. – Ты оттолкнись посильнее лапами, там только вначале узко, дальше начнётся прихожая, будет свободнее.

Совёнок попробовал ещё разок, голова протиснулась в прихожую и могла уже осматривать комнату изнутри. Здесь действительно было на что посмотреть. Кабаморсов сделал ещё один рывок и только теперь понял, что окончательно застрял. Он попробовал вылезти назад, но плечи плотно были зажаты отверстием норы.

И тут наблюдавшие за всем этим из-за кустов трое маленьких злодеев вышли на поляну и, увидев торчащую из норы половину совёнка, стали громко визжать и хохотать.

– Ребята, смотрите, это же наш Кабаморсов, он пытается залезть в мышиную нору, совсем обезумел от своей кабачковой диеты.

– Эй, да ведь он, похоже, застрял, – заметил другой и стал щекотать беднягу концом палки.

В это время Кавал подошёл и пнул совёнка лапой. Это ещё больше развеселило его товарищей. Кабаморсов рвался и метался изо всех сил, но ничего не мог поделать, западня была очень крепкой. Увидев, как над лучшим другом издеваются, Чип выпрыгнул из соседней норы и кинулся к нападавшим. Но не тут-то было. Острый клюв тут же схватил смельчака и посадил в мешок.

– Отлично! Ещё и ужин добыли! Спасибо, Кабаморсов, ты отлично смотришься в этой норе, оставайся здесь жить, тут тебе самое место, – захохотал главарь, и шайка, весело гогоча, полетела в лагерь готовить себе мышиный деликатес.

Что тут происходило в голове у совёнка! Его разрывало на части от гнева и ненависти. Никогда он ещё не был в таком отчаянии. Как загнанный зверь, он бился когтями, стучал крыльями, пока совсем не выбился из сил, упал на живот и заплакал.

В прихожую выбежала испуганная Белли. Она поняла, что случилось, но быстро пришла в себя, взяла с полки бутылку подсолнечного масла и стала обливать совёнка со всех сторон.

– Что ты делаешь? – сквозь слёзы пробормотал Кабаморсов.

– Спасаю тебя из беды. Масло очень скользкое, сейчас ты сможешь выползти назад.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Илья Муромец
Илья Муромец

Вот уже четыре года, как Илья Муромец брошен в глубокий погреб по приказу Владимира Красно Солнышко. Не раз успел пожалеть Великий Князь о том, что в минуту гнева послушался дурных советчиков и заточил в подземной тюрьме Первого Богатыря Русской земли. Дружина и киевское войско от такой обиды разъехались по домам, богатыри и вовсе из княжьей воли ушли. Всей воинской силы в Киеве — дружинная молодежь да порубежные воины. А на границах уже собирается гроза — в степи появился новый хакан Калин, впервые объединивший под своей рукой все печенежские орды. Невиданное войско собрал степной царь и теперь идет на Русь войной, угрожая стереть с лица земли города, вырубить всех, не щадя ни старого, ни малого. Забыв гордость, князь кланяется богатырю, просит выйти из поруба и встать за Русскую землю, не помня старых обид...В новой повести Ивана Кошкина русские витязи предстают с несколько неожиданной стороны, но тут уж ничего не поделаешь — подлинные былины сильно отличаются от тех пересказов, что знакомы нам с детства. Необыкновенные люди с обыкновенными страстями, богатыри Заставы и воины княжеских дружин живут своими жизнями, их судьбы несхожи. Кто-то ищет чести, кто-то — высоких мест, кто-то — богатства. Как ответят они на отчаянный призыв Русской земли? Придут ли на помощь Киеву?

Александр Сергеевич Королев , Коллектив авторов , Иван Всеволодович Кошкин , Андрей Владимирович Фёдоров , Михаил Ларионович Михайлов , Иван Кошкин

Детективы / Сказки народов мира / Приключения / Исторические приключения / Фантастика / Славянское фэнтези / Фэнтези / Былины, эпопея / Боевики
На пути
На пути

«Католичество остается осью западной истории… — писал Н. Бердяев. — Оно вынесло все испытания: и Возрождение, и Реформацию, и все еретические и сектантские движения, и все революции… Даже неверующие должны признать, что в этой исключительной силе католичества скрывается какая-то тайна, рационально необъяснимая». Приблизиться к этой тайне попытался французский писатель Ж. К. Гюисманс (1848–1907) во второй части своей знаменитой трилогии — романе «На пути» (1895). Книга, ставшая своеобразной эстетической апологией католицизма, относится к «религиозному» периоду в творчестве автора и является до известной степени произведением автобиографическим — впрочем, как и первая ее часть (роман «Без дна» — Энигма, 2006). В романе нашли отражение духовные искания писателя, разочаровавшегося в профанном оккультизме конца XIX в. и мучительно пытающегося обрести себя на стезе канонического католицизма. Однако и на этом, казалось бы, бесконечно далеком от прежнего, «сатанинского», пути воцерковления отчаявшийся герой убеждается, сколь глубока пропасть, разделяющая аскетическое, устремленное к небесам средневековое христианство и приспособившуюся к мирскому позитивизму и рационализму современную Римско-католическую Церковь с ее меркантильным, предавшим апостольские заветы клиром.Художественная ткань романа весьма сложна: тут и экскурсы в историю монашеских орденов с их уставами и сложными иерархическими отношениями, и многочисленные скрытые и явные цитаты из трудов Отцов Церкви и средневековых хронистов, и размышления о католической литургике и религиозном символизме, и скрупулезный анализ церковной музыки, живописи и архитектуры. Представленная в романе широкая панорама христианской мистики и различных, часто противоречивых религиозных течений потребовала обстоятельной вступительной статьи и детальных комментариев, при составлении которых редакция решила не ограничиваться сухими лапидарными сведениями о тех или иных исторических лицах, а отдать предпочтение миниатюрным, подчас почти художественным агиографическим статьям. В приложении представлены фрагменты из работ св. Хуана де ла Крус, подчеркивающими мистический акцент романа.«"На пути" — самая интересная книга Гюисманса… — отмечал Н. Бердяев. — Никто еще не проникал так в литургические красоты католичества, не истолковывал так готики. Одно это делает Гюисманса большим писателем».

Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк , Антон Павлович Чехов , Жорис-Карл Гюисманс

Сказки народов мира / Проза / Классическая проза / Русская классическая проза