Читаем КАБАМОРСО́В – укротитель орлов полностью

– Я только помню, как большая черная птица атаковала маленькую, я решил заступиться, но, кажется, не справился, хищник сильно меня ранил, и я потерял сознание. А когда очнулся, то…

– Нет, вы это слышали? Он решил заступиться, надо же такое выдумать? За кого ты можешь заступиться, посмотри на себя? За тебя бы кто заступился, – продолжал смеяться вожак, – Орлан, ты наверное всё перепутал, если бы коршун напал на этот комок перьев, от него ничего бы не осталось. Да и кого он мог спасти? Если коршун нападает, от него живым никто не уходит.

– Ух, меня! – раздался звонкий пронзительный голос, – Папа, это на меня напал коршун, а этот совёнок бросился на него и спас меня.

Целую минуту отец молчал. Сильнее коршуна он никого не встречал в лесу, сам его побаивался и обходил стороной. Выходило, что этот невзрачный комок перьев – самая сильная птица в лесу. Наконец, вожак печально посмотрел на совёнка и тихим голосом произнес:

– Раз так, у меня для тебя очень плохие новости, мой юный друг.

Глава 9. Охота на Кабаморсова

– Ты, конечно, можешь лететь домой, но я обязан тебя предупредить, – начал вожак орлиной стаи, – Чёрного коршуна очень расстроило твоё вмешательство в его дела. Он объявил на тебя охоту и за твою голову даёт большую награду. Если в течение трёх дней никто тебя ему не приведёт, он обещал уничтожить всё совиное население в лесу. Как видишь, при любом раскладе жить тебе осталось недолго.

Кабаморсов печально смотрел в пол. Что мог он ещё сказать. Лучше бы ему погибнуть в той схватке, а теперь ещё и его друзья под угрозой. Нелегко совершать благородные дела.

– Ух, пап, неужели ничего нельзя сделать? Нас много, или ты боишься этого подлеца?

– Сын, не смей такого говорить отцу. Ты сам не знаешь, чего просишь. С коршунами у нас договор, мы не нападаем на гнёзда друг друга и не вмешиваемся в чужие дела. Эта война нам ни к чему.

– Ух, но Кабаморсов спас мне жизнь.

– Ты сам виноват, что один полетел на эту реку, это зона охоты коршунов. Орлы туда не суются. Так что радуйся, что выбрался живым.

– Ух, зачем мне эта жизнь, если мой друг в беде, а я не могу ему помочь. Ты всегда говорил, что главные качества настоящего орла – честь и достоинство. И сейчас ты поступаешь по чести?

– Сын, в тебе говорят эмоции, а я много повидал в жизни. Я советую твоему другу собрать всех своих родных и бежать из леса, пока не поздно. Другого пути у него нет. И закончим этот бессмысленный спор. Я и так сделал больше, чем должен.

Солнце давно провалилось за горизонт, а Кабаморсов продолжал сидеть на краю отвесной скалы, скрестив лапы и выпрямив спину. Он погрузился в себя, намереваясь там найти ответы на свои вопросы. Безвыходных ситуаций не бывает. Если он до сих пор жив, значит мир заботится о нём и обязательно подскажет, как правильно поступить.

Кабаморсов проснулся на рассвете, пока солнце ещё не прогрело скалы своими обжигающими лучами. Умывшись свежей росой, он принялся делать физические упражнения. Тело его ещё не окрепло, и раны давали о себе знать, поэтому приходилось начинать с самых простых, но очень эффективных наклонов вперёд и назад. Пробудившиеся орлы с интересом наблюдали за его действиями, не переставая удивляться самому необычному совёнку на свете. Когда же после растяжки он медленно встал на голову, у орлов чуть глаза не вылезли на лоб. Никто из них не видел, чтобы птицы могли такое вытворять. Размяв все мышцы, он лёг на спину и полностью расслабился. В голове его было тихо и легко, никакого беспокойства не осталось. Внезапно глаза его засияли. Кажется, он знал, как нужно поступить.

Первым делом он заглянул к Орлиуху и рассказал ему свою идею, поскольку без помощи напарника провернуть такое дельце было бы невозможно. Орлиух слушал с открытым клювом, удивляясь находчивости и изобретательности друга. План Кабаморсова ему очень понравился, но до конца он сомневался, что это сработает. Только Кабаморсов ни в чём не сомневался, он знал, что у них обязательно всё получится. Но для выполнения плана требовалось кое-что сделать.

Глава 10. В гостях у коршуна

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дочь колдуна
Дочь колдуна

Книги Веры Крыжановской-Рочестер – то волшебное окно, через которое мы можем заглянуть в невидимый для нас мир Тайны, существующий рядом с нами.Этот завораживающий мистический роман – о роковой любви и ревности, об извечном противостоянии Света и Тьмы, о борьбе божественных и дьявольских сил в человеческих душах.Таинственный готический замок на проклятом острове, древнее проклятие, нависшее над поколениями его владельцев, и две женщины, что сошлись в неравном поединке за сердце любимого мужчины. Одна – простая любящая девушка, а другая – дочь колдуна, наделенная сверхъестественной властью и могущая управлять волей людей. Кто из них одержит верх? Что сильнее – бескорыстная любовь или темная страсть, беззаветная преданность или безумная жажда обладания?

Свен Грундтвиг , Сергей Сергеевич Охотников , Вера Ивановна Крыжановская , Вера Ивановна Крыжановская-Рочестер

Сказки народов мира / Фантастика для детей / Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика
На пути
На пути

«Католичество остается осью западной истории… — писал Н. Бердяев. — Оно вынесло все испытания: и Возрождение, и Реформацию, и все еретические и сектантские движения, и все революции… Даже неверующие должны признать, что в этой исключительной силе католичества скрывается какая-то тайна, рационально необъяснимая». Приблизиться к этой тайне попытался французский писатель Ж. К. Гюисманс (1848–1907) во второй части своей знаменитой трилогии — романе «На пути» (1895). Книга, ставшая своеобразной эстетической апологией католицизма, относится к «религиозному» периоду в творчестве автора и является до известной степени произведением автобиографическим — впрочем, как и первая ее часть (роман «Без дна» — Энигма, 2006). В романе нашли отражение духовные искания писателя, разочаровавшегося в профанном оккультизме конца XIX в. и мучительно пытающегося обрести себя на стезе канонического католицизма. Однако и на этом, казалось бы, бесконечно далеком от прежнего, «сатанинского», пути воцерковления отчаявшийся герой убеждается, сколь глубока пропасть, разделяющая аскетическое, устремленное к небесам средневековое христианство и приспособившуюся к мирскому позитивизму и рационализму современную Римско-католическую Церковь с ее меркантильным, предавшим апостольские заветы клиром.Художественная ткань романа весьма сложна: тут и экскурсы в историю монашеских орденов с их уставами и сложными иерархическими отношениями, и многочисленные скрытые и явные цитаты из трудов Отцов Церкви и средневековых хронистов, и размышления о католической литургике и религиозном символизме, и скрупулезный анализ церковной музыки, живописи и архитектуры. Представленная в романе широкая панорама христианской мистики и различных, часто противоречивых религиозных течений потребовала обстоятельной вступительной статьи и детальных комментариев, при составлении которых редакция решила не ограничиваться сухими лапидарными сведениями о тех или иных исторических лицах, а отдать предпочтение миниатюрным, подчас почти художественным агиографическим статьям. В приложении представлены фрагменты из работ св. Хуана де ла Крус, подчеркивающими мистический акцент романа.«"На пути" — самая интересная книга Гюисманса… — отмечал Н. Бердяев. — Никто еще не проникал так в литургические красоты католичества, не истолковывал так готики. Одно это делает Гюисманса большим писателем».

Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк , Антон Павлович Чехов , Жорис-Карл Гюисманс

Сказки народов мира / Проза / Классическая проза / Русская классическая проза