Читаем Изгнанники полностью

Конечно, ими может руководить простая ненависть – как-никак, именно русские в последнем конфликте разнесли их государство вдребезги и пополам. Но ведь, будем говорить честно, они сами начали. Впрочем, для евреев жизнь русских мало что значила, впрочем, как и для русских жизнь забугорных евреев. Одно дело, если ты русский, пусть даже и с еврейскими корнями – какая разница, кто там был в твоих предках? Совсем другое – еврей из другой страны. Хотя, конечно, все это лирика, куда важнее, что именно евреи, похоже, были в этой группе главными. Ну да ничего удивительного – с их деньгами, даже учитывая, что это жалкие остатки былой роскоши, не так сложно организовать любой теракт. А кто платит – тот и музыку заказывает. Да и поляки, особенно шляхта (а судя по всему, присутствующие здесь шляхтичами и были или, во всяком случае, считали себя таковыми), редко когда способны на что-то серьезное сами по себе. Ну а пушечное мясо из них умному человеку набрать не сложно. Дураков же среди евреев мало. Точнее, среди них хватает дураков, так же, как и среди других народов, но на бытовом уровне они более продуманные, чем, например, те же русские, и манипулировать еще большими дураками они вполне в состоянии. Таких вот, кстати, и не любят, и, возможно, именно потому в свое время им никто не пришел на помощь.

Впрочем, какая разница – поляки, евреи… Да хоть японцы! Все равно очень скоро они умрут. И их покровители тоже – раз появились жертвы, месть будет страшна. А пока надо было просто их повязать.

Между тем, эйфория среди террористов достигла, похоже, градуса, когда всех начало тянуть на подвиги. Ну еще бы – сидели, понимаешь, смерти ждали, а тут вдруг раз – и оказались в шоколаде. Естественно, что скопившееся напряжение требовало выхода. Кто-то вскрыл бар и наливался горячительными напитками, кто-то бил морду заложнику, в одной каюте трое отморозков насиловали стюардессу. Их Соломин пометил особо – пожалуй, за борт они прогуляются позже других, и без гениталий. Однако же убивать никого пока что не пытались – это радовало. Русским же требовалось сейчас совсем немного времени – только для того, чтобы десантные боты подошли к лайнеру. Сейчас они по очереди занимали свои позиции, но не приближались ближе нескольких метров – в момент стыковки вся секретность пойдет прахом, впрочем, может статься, что она будет уже не нужна.

То, что собирался сделать сейчас Соломин, применялось и раньше – никаких велосипедов он изобретать не пытался. Зачем? Есть надежный, не раз проверенный способ, о котором его противники просто не знают – рассказать было некому, не выживают террористы в России. А даже если и прознали каким-то образом – информация, сволочь такая, утекает даже не как вода, а как жидкий гелий, в любую, самую микроскопическую щелочку… И что с того? Все равно они ничего не смогут с этим поделать, да и уход русских кораблей просто обязан их успокоить.

Фокус был в том, что Российская империя не экономила на безопасности людей. Человек – это самый ценный ресурс империи, фраза эта повторялась постоянно и на всех уровнях, вбиваясь в сознание людей до уровня безусловного рефлекса. Нет, это не значило, что человек должен превращаться в овощ, запираясь в бронированном сейфе – когда надо, русские готовы были идти на смерть, и шли, не раз шли, и не только военные. Однако умереть ради Родины, когда ее надо защитить – одно, а погибнуть по чьей-то глупости – другое. Именно поэтому любая деятельность строжайше проверялась на безопасность, а любая операция, гражданская или военная, неважно, сто раз просчитывалась с целью обеспечения безопасности или, во всяком случае, минимизации потерь ее участников. Естественно, что и на системах безопасности никто экономить не собирался, и пускай русские корабли оказывались дороже иностранных аналогов, но зато они были и крепче, и намного лучше защищены. И, вдобавок, системами обеспечения безопасности экипажа и пассажиров, причем всегда самыми современными, комплектовались по полной программе. Данный конкретный лайнер исключением не был, ибо исключения встречались разве что на корабельном кладбище, да еще на кораблях, которые поставляли за границу – незачем иностранцам знать, какие у русских есть современные технологии. Вот устаревшие на несколько поколений – пожалуйста, а новые – извините, секрет.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пространство
Пространство

Дэниел Абрахам — американский фантаст, родился в городе Альбукерке, крупнейшем городе штата Нью-Мехико. Получил биологическое образование в Университете Нью-Мексико. После окончания в течение десяти лет Абрахам работал в службе технической поддержки. «Mixing Rebecca» стал первым рассказом, который молодому автору удалось продать в 1996 году. После этого его рассказы стали частыми гостями журналов и антологий. На Абрахама обратил внимание Джордж Р.Р. Мартин, который также проживает в штате Нью-Мексико, несколько раз они работали в соавторстве. Так в 2004 году вышла их совместная повесть «Shadow Twin» (в качестве третьего соавтора к ним присоединился никто иной как Гарднер Дозуа). Это повесть в 2008 году была переработана в роман «Hunter's Run». Среди других заметных произведений автора — повести «Flat Diane» (2004), которая была номинирована на премию Небьюла, и получила премию Международной Гильдии Ужасов, и «The Cambist and Lord Iron: a Fairytale of Economics» номинированная на премию Хьюго в 2008 году. Настоящий успех к автору пришел после публикации первого романа пока незаконченной фэнтезийной тетралогии «The Long Price Quartet» — «Тень среди лета», который вышел в 2006 году и получил признание и критиков и читателей.Выдержки из интервью, опубликованном в журнале «Locus».«В 96, когда я жил в Нью-Йорке, я продал мой первый рассказ Энн Вандермеер (Ann VanderMeer) в журнал «The Silver Web». В то время я спал на кухонном полу у моих друзей. У Энн был прекрасный чуланчик с окном, я ставил компьютер на подоконник и писал «Mixing Rebecca». Это была история о патологически пугливой женщине-звукорежиссёре, искавшей человека, с которым можно было бы жить без тревоги, она хотела записывать все звуки их совместной жизни, а потом свети их в единую песню, которая была бы их жизнью.Несколькими годами позже я получил письмо по электронной почте от человека, который был звукорежессером, записавшим альбом «Rebecca Remix». Его имя было Дэниель Абрахам. Он хотел знать, не преследую ли я его, заимствуя названия из его работ. Это мне показалось пугающим совпадением. Момент, как в «Сумеречной зоне»....Джорджу (Р. Р. Мартину) и Гарднеру (Дозуа), по-видимому, нравилось то, что я делал на Кларионе, и они попросили меня принять участие в их общем проекте. Джордж пригласил меня на чудесный обед в «Санта Фи» (за который платил он) и сказал: «Дэниель, а что ты думаешь о сотрудничестве с двумя старыми толстыми парнями?»Они дали мне рукопись, которую они сделали, около 20 000 слов. Я вырезал треть и написал концовку — получилась как раз повесть. «Shadow Twin» была вначале опубликована в «Sci Fiction», затем ее перепечатали в «Asimov's» и антологии лучшее за год. Потом «Subterranean» выпустил ее отдельной книгой. Так мы продавали ее и продавали. Это была поистине бессмертная вещь!Когда мы работали над романной версией «Hunter's Run», для начала мы выбросили все. В повести были вещи, которые мы специально урезали, т.к. был ограничен объем. Теперь каждый работал над своими кусками текста. От других людей, которые работали в подобном соавторстве, я слышал, что обычно знаменитый писатель заставляет нескольких несчастных сукиных детей делать всю работу. Но ни в моем случае. Я надеюсь, что люди, которые будут читать эту книгу и говорить что-нибудь вроде «Что это за человек Дэниель Абрахам, и почему он испортил замечательную историю Джорджа Р. Р. Мартина», пойдут и прочитают мои собственные работы....Есть две игры: делать симпатичные вещи и продавать их. Стратегии для победы в них абсолютно различны. Если говорить в общих чертах, то первая напоминает шахматы. Ты сидишь за клавиатурой, ты принимаешь те решения, которые хочешь, структура может меняется как угодно — ты свободен в своем выборе. Тут нет везения. Это механика, это совершенство, и это останавливается в тот самый момент, когда ты заканчиваешь печатать. Затем наступает время продажи, и начинается игра на удачу.Все пишут фантастику сейчас — ведь ты можешь писать НФ, которая происходит в настоящем. Многие из авторов мэйнстрима осознали, что в этом направление можно работать и теперь успешно соперничают с фантастами на этом поле. Это замечательно. Но с фэнтези этот номер не пройдет, потому что она имеет другую динамику. Фэнтези — глубоко ностальгический жанр, а продажи ностальгии, в отличии от фантастики, не определяются степенью изменения технологического развития общества. Я думаю, интерес к фэнтези сохранится, ведь все мы нуждаемся в ностальгии».

Сергей Пятыгин , Дэниел Абрахам , Алекс Вав , Джеймс С. А. Кори

Приключения / Приключения для детей и подростков / Фантастика / Космическая фантастика / Научная Фантастика / Детские приключения