— Я очень надеюсь на это, Оракул, — голос короля неожиданно холоден, — мы тратим слишком много сил и энергии на некоторых кандидатов. А еще больше денег. Вы знаете, материальные затраты для меня вторичны, но под угрозой безопасность моих детей и… моя. Я желаю, чтобы все было сделано в кратчайшие сроки. Не хотелось бы напоминать вам о том, что вы сами уже не так уж исключительны.

Наступает напряженная пауза, но, наконец, Оракул выдавливает:

— Я приму это к сведению, мой господин.

— Что ж, тогда я с удовольствием взгляну на моих милейших Искупителей! Нет ничего более изысканного, чем развивающаяся сила, — король со смаком причмокивает.

Мое сердце стучит у меня в горле, когда они останавливаются прямо перед лестницей, шаркая ногами по ступенькам. Я вслушиваюсь в продолжение их разговора, но они переходят на яростный, доходящий до непочтительности шепот. Через несколько мгновений, показавшихся мне вечностью, их голоса начинают удаляться, и мы с принцем наконец можем робко выглянуть из своих укрытий.

— О чем они разговаривали? — мрачно интересуется Адриан.

— Да уж явно не о пончиках.

— Что они затеяли? — продолжал рассеянно бормотать Адриан. — Что не готово? Может, они про соревнования?

Я закатываю глаза:

— При всем уважении, ваше высочество, но иногда вы чертовски наивны. Просто ваш отец сейчас занят темными делами, и Оракул принимает в них ярое участие.

— За такие слова тебя следует казнить, — рычит Адриан, вскинув свою светлую голову.

— За правду в Ламантре обычно щадят, мой повелитель, — не выдерживаю я.

— Это никакая не правда. Мы не знаем, о чем шла речь.

— Что, хотите выяснить?

На секунду Адриан замолкает и бросает мрачный взгляд в то место, где недавно стояли Оракул и его отец.

— Слушайте, ваше высочество…однажды вы станете королем. Поймите, что порой самые близкие люди оказываются не такими, как мы думали.

— Как твои родители? — выплевывает Адриан.

Я вздрагиваю, но он не позволяет мне ничего сказать. Вместо лишних слов, Адриан вскакивает и быстрым шагом сбегает по винтовой лестнице вниз. Я упираю взгляд в стену, но мне больше не хочется плакать или рвать на себе волосы за то, что он сказал. Адриан ошибается. И я еще всем это докажу.

Глава восемнадцатая

Эланис

Сегодняшний день можно по праву назвать сумасшедшим. С самого утра меня разбудила Нора громкими криками о том, что «час испытаний настал, а я все еще дубина». Все, чего бы мне хотелось — это набросить на голову подушку и зарыться в одеяло, но я заставила себя встать, умыться холодной водой и твердо посмотреть на себя в зеркало.

— Я выиграю, — уверенно проговорила я. — Выиграю, встречусь с королем и уберусь отсюда навсегда.

Все, что произошло за последние дни, сделало мое решение очень простым. Мои привязанности больше не имели никакого значения. Я вернулась к своим изначальным приоритетам, и, если ради того, чтобы узнать правду о моих родителях, мне придется оставить своих друзей…что ж, я к этому готова. Надеюсь, они поймут меня.

Последние две недели со мной тренировались принцессы Селеста и Эсмеральда. Судя по словам последней, я делаю успехи. Кажется, она единственная во всем дворце, кто так считает. Мои боевые навыки тоже улучшились — это я поняла, основываясь на том, что улыбка Скилар становилась все менее высокомерной с каждым разом, что он со мной сражался. Да, я не была сильнейшим бойцом, но судя по неприязненным взглядам некоторых Искупителей, я действительно происходила из знатного и могущественного рода. Возможно, у меня все же есть шанс. По крайней мере, именно в этом я убеждала себя сегодня утром перед зеркалом, стараясь не засмеяться от нелепости собственных слов.

Я облачаюсь в золотой, узкий костюм, подаренный королем всем Искупителям, и движусь за Норой в катакомбы дворца.

Тридцать пять Искупителей выстраиваются в ряд в Тронном зале Солнечного города. Два огромных трона занимает королевская чета в мехах и бриллиантах. Репрезентация королевского зала в Солнечном городе явно не приносит им большого удовольствия — оба выглядят хмурыми, а король с легким налетом неудовольствия скребет пальцами по бархатной обивке трона. Их дети стоят по обе стороны от них, словно немая, грациозная стража. С удивлением я замечаю здесь Адриана — вот уж не думала, что и он явится поглазеть на Искупителей. На нем белоснежный камзол, отделанный драгоценным камнями, в котором он выглядит, как настоящий король. Он старательно избегает моего взгляда, и я отвечаю ему тем же.

С двух сторон от тронов расставлены позолоченные стулья, на которых восседают приближенные королевской семьи. Я вижу восьмерых членов Элитного отряда в черных плащах, недовольно сощурившуюся Оракул, а также несколько графов и послов, посвященных в проект Искупителей. Всего кроме нас здесь около двадцати человек.