Читаем Избранное полностью

Цветомускул движет анемоной,открывая лоно поутрумногозвучности неугомоннойсолнечного неба на ветру;перводвигатель звезды цветочной,преодолевающей печатьдевственности в целости бессрочной,чье предназначение — зачать,только не вернуть живых, но тленныхлепестков тебе в былом покое,ты, начало скольких же вселенных;или в нашей длительной печалипережить не в силах мы такое,чтобы, наконец, и мы зачали?

VI

Роза, ты царственное увенчание трона,для древних ты чаша: привычна чаша сия,а для нас ты неисчерпаема и бездонна,неисчислимый цветок бытия.Показаться может с первого взгляда:платье на платье носишь, яркая ты,но каждый лепесток — опроверженье нарядаблеск твоей наготы.Столетьями твой запах вокругговорит сладчайшими именами;слава твоя веет в воздухе вдруг;но как назвать ее, мы гадаем,лишь воспоминание движет нами,когда званого часа мы ожидаем.

VII

Родичи ласковых рук, приводящих в порядоквас, питомцы девичьих рук,на садовом столике отпрыски клумб и грядок,цветы, пережившие нежный испугв ожиданье воды, от которой вы можете самив смерти печальной опамятоваться, новам, возникшим едва меж струящимися полюсамичутких, чающих пальцев, данобольшее: избегая изгнанья,очутиться в кувшине, вернуться домой,где тепло и прохлада — девичьи признанья,исповедующие вас, грехи, хотя вы устали,но, в сочетанье сорваны ею самой,вы между пальцев цветущих вновь заблистали.

VIII

Памяти Эгона фон Рильке

С вами, немногими, в детстве играя,сад городской открыл я, истокнеторопливого нашего рая;агнцу, на чьих губах листок,молча гласящий, мы уподоблялись;кто радость назвать решится своей?А годы, как люди, шли, удалялисьвсе торопливей, пугливей, скорей.Проносились мимо грохочущие экипажи;дом возвышался, в самом себе заточенный,нас не зная... К былому нет ли ключа?Только в воздухе мяч. Ни пропасти, ни пропажи,ни детей; лишь один из них, обреченный,не уклонялся от падающего мяча.

IX

Судьи, совсем не нужен железный ошейник,чтобы заключенному тосковать.Может вас бог, этот нежный затейник,сладостной судорогой сковать.На эшафоте наследье прошлых эпохвозвращается. Детям приходит охотадарить игрушки старые. Сердце — ворота,через которые входит иначе богистинной нежности; он грозит нам захватоми сияньем, как боги другие подчас,больше, чем ветер, играющий в море фрегатом,но не меньше всех потаенных и тихих нитей,изнутри оплетающих молча нас,как шаловливый плод бесконечных соитий.

X

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена
Мир в капле росы. Весна. Лето. Хайку на все времена

Утонченная и немногословная японская поэзия хайку всегда была отражением мира природы, воплощенного в бесконечной смене времен года. Человек, живущий обыденной жизнью, чьи пять чувств настроены на постоянное восприятие красоты земли и неба, цветов и трав, песен цикад и солнечного тепла, – вот лирический герой жанра, объединяющего поэзию, живопись и каллиграфию. Авторы хайку создали своего рода поэтический календарь, в котором отводилось место для разнообразных растений и животных, насекомых, птиц и рыб, для бытовых зарисовок и праздников.Настоящее уникальное издание предлагает читателю взглянуть на мир природы сквозь призму японских трехстиший. Книга охватывает первые два сезона в году – весну и лето – и содержит более полутора тысяч хайку прославленных классиков жанра в переводе известного востоковеда Александра Аркадьевича Долина. В оформлении использованы многочисленные гравюры и рисунки средневековых японских авторов, а также картины известного современного мастера японской живописи в стиле суми-э Олега Усова. Сборник дополнен каллиграфическими работами Станислава Усова.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Древневосточная литература