Читаем Юная Венера полностью

Пока машина пересекала площадь, перед Ронсоном мелькали сцены повседневной жизни Венерограда. Жители города в шортах, футболках и жилетках сновали туда-сюда или сидели, развалясь, на парковых скамейках. На балконах сушилось белье, развешанное на веревках. Вдоль домов выстроились ларьки, торгующие немудрящей снедью. Десятка два школьников, скрестив ноги, расположились возле фонтана, слушая лекцию, которую читала им молоденькая учительница. Двое мужчин горячо спорили; еще двое с увлечением наблюдали за этим.

В центре площади стояла статуя Ленина. Вождь был одет в костюм-тройку, что было несколько несообразно погоде. В Венерограде даже для похорон так не обряжали. Вождь указывал куда-то вперед, в великое социалистическое будущее, но статуя была старая и облупившаяся, и какие-то нити, должно быть, резинки от йо-йо, свисали с пальцев великого революционера. На Венере коммунистическая партия оставалась таким же анахронизмом, как и на Земле, но колонистам требовалось больше времени, чтобы избавиться от этого реликта.

Миновав площадь, машина вошла в очередной мрачный коридор и остановилась перед парадным крыльцом с двустворчатыми обшарпанными дверями, украшенными выцветшей красной звездой. Таможенный офицер, заподозривший Ронсона, провел его через переполненные снующими полицейскими коридоры в кабинет, где их встретил Аркадий Булгаков.

Начальник полиции Венерограда был ровесником Ронсона, низеньким и коренастым, с короткой стрижкой, как у Цезаря, которая, похоже, никогда не выйдет из моды у европейцев. Он сидел за столом, заваленным документами, терпеливо выслушал подробный доклад таможенника о задержании подозрительного приезжего. Аккуратно положив ронсоновский «глок» перед собой, Булгаков отпустил офицера. Подождав, пока за ним закроется дверь, начальник полиции вздохнул и сказал:

– Ты тот самый сыскарь, который писал мне по электронке про исчезнувшего парня? – Английский Булгакова был правильным, но с русским акцентом.

– Да, это я. – Ронсон выразительно поглядел на пустое кресло перед столом, Булгаков кивнул, и он сел. – Извините за пистолет. Я собирался о нем рассказать, когда писал письмо, но…

– Мы запрещаем частным лицам носить огнестрельное оружие. Разве вы об этом не знаете?

– Я полагал, что моя лицензия ставит меня в исключительное положение.

– Никаких исключений. Только полиция имеет право носить летальное оружие. – Стул Булгакова скрипнул, когда он наклонился вперед, чтобы забрать пистолет. На секунду взвесив его в руке, он открыл ящик стола и положил внутрь. – Я не буду вас штрафовать, но и носить оружие здесь вы не можете. Я выпишу вам справку. Когда будете улетать, получите его назад.

– Хорошо, но чем мне обходиться до этого? Мне может потребоваться пистолет, вы это понимаете.

– Чтобы найти пропавшего? Сомневаюсь. – Начальник полиции пожал плечами, разглядывая Ронсона. – Можете купить электрошокер, если вам так будет спокойнее, но только если вы собираетесь за город. И, честно говоря, ваши шансы найти этого парня…

– Дэвида Генри.

– …Дэвида Генри живым практически нулевые. Во всяком случае, могу сказать, что сейчас он не в Венерограде.

– Вы мне говорили это пять месяцев назад, – ответил Ронсон. – И я передал клиенту то же самое. Но старика это не удовлетворило. Его сына видели тут последний раз почти год назад, когда он прилетел на Венеру во время путешествия, которое его отец оплатил ему в качестве подарка на окончание колледжа.

Булгаков приподнял бровь.

– Папаша у него, похоже, богат.

– Семья имеет деньги, а малыш любит путешествовать. Он был уже на Луне и на Марсе, так что, полагаю, Венера была следующей в его списке. Будь он моим сыном, я бы подарил ему новые часы, однако…

– У нас не так уж много туристов. Обычно это обыкновенные ротозеи, но Генри не из таких. Богатые детки прилетают, чтобы увидеть венерианские чудеса. – Начальник венероградской полиции коротко усмехнулся. – И этот папенькин сынок из их числа. Они выходят на виноградных островах, делают фотографии, покупают сувениры. Это поначалу, а потом попадают в передряги… драки в барах, наркотики, шантаж с проститутками… и тогда они мчатся сюда. А в конце концов летят домой, на чем их путешествие и кончается.

– Но для Генри оно закончилось по-другому. Он не появился дома.

– Значит, появится. – Булгаков повернулся к древнему компьютеру, стоящему на его столе сбоку, набрал что-то на клавиатуре, затем развернул огромный ЭЛТ-монитор так, чтобы Ронсон мог посмотреть на экран. – Это он?

На экране высветилось фото с паспорта – молодой человек немногим старше двадцати. Бледное лицо, высокомерный взгляд голубых глаз, песочного цвета волосы, подстриженные на висках и торчащие шипиками на макушке. Красивый, но избалованный. Тот же паренек, что и на фотографии, которую его отец дал Ронсону, когда тот посетил дом Дэвида в Колорадо-Спрингс.

– Он.

Булгаков развернул экран обратно, написал что-то еще, сделал паузу, чтобы прочитать появившуюся информацию.