Читаем Источник полностью

Источник

He tore his fingers off the paper. Then he went to work ...	Оторвав пальцы от бумаги, Рорк приступил к работе...
John Erik Snyte was fifty years old; he wore an expression of quizzical amusement, shrewd and unwholesome, as if he shared with each man he contemplated a lewd secret which he would not mention because it was so obvious to them both.	Джону Эрику Снайту было пятьдесят лет. На лице его застыло хитро-довольное выражение, одновременно проницательное и порочное, будто с каждым, с кем он общается, его связывает некая постыдная тайна, о которой не стоит упоминать, поскольку тайна эта очевидна для обоих.
He was a prominent architect; his expression did not change when he spoke of this fact.	Он был выдающимся архитектором, говоря об этом факте, Снайт не менял выражения лица.
He considered Guy Francon an impractical idealist; he was not restrained by an Classic dogma; he was much more skillful and liberal: he built anything.	Г ая Франкона он считал непрактичным идеалистом. Самого Снайта никакие классические догмы не сдерживали. Его взгляды и приёмы отличались завидной широтой - он строил всё.
He had no distaste for modern architecture and built cheerfully, when a rare client asked for it, bare boxes with flat roofs, which he called progressive; he built Roman mansions which he called fastidious; he built Gothic churches which he called spiritual.	К модернистской архитектуре он не испытывал ни малейшей неприязни и охотно строил, если какой-нибудь редкий заказчик того желал, прямоугольные коробки с плоскими крышами. Этот стиль он называл прогрессивным. Строил он и особняки в романском стиле, который именовал утончённым, и готические церкви - это у него называлось одухотворённым.
He saw no difference among any of them.	Для него между всеми этими зданиями не было никакой разницы.
He never became angry, except when somebody called him eclectic.	Злился он, только когда его называли эклектиком.
He had a system of his own.	У него была собственная система.
He employed five designers of various types and he staged a contest among them on each commission he received.	На него работало пять проектировщиков разного типа, и он устраивал между ними состязание по каждому полученному заказу.
He chose the winning design and improved it with bits of the four others.	Он сам определял проект-победитель и совершенствовал его с помощью деталей, позаимствованных из других четырёх проектов.
"Six minds," he said, "are better than one."	- Одна голова хорошо, - говаривал он, - а шесть лучше.
When Roark saw the final drawing of the Benton Department Store, he understood why Snyte had not been afraid to hire him.	Когда Рорк увидел окончательный проект универмага Бентона, он понял, почему Снайт не побоялся нанять его.
He recognized his own planes of space, his windows, his system of circulation; he saw, added to it, Corinthian capitals, Gothic vaulting, Colonial chandeliers and incredible moldings, vaguely Moorish.	Он узнал свою планировку пространства, свои окна, свою систему циркуляции воздуха. Но вдобавок увидел коринфские капители, готические своды, колониальные люстры и немыслимую лепнину, в которой было что-то мавританское.