Читаем Иосип Броз Тито полностью

Тито был в Москве почти два года и за это время неоднократно встречался с сотрудниками отдела кадров. Он произвел на «кадровиков» Коминтерна хорошее впечатление. Именно при их поддержке его включили в состав югославской делегации на VII конгрессе Коминтерна[52]. Тито присутствовал на заседаниях конгресса под именем Фридриха Вальтера с правом совещательного голоса. На конгрессе генеральным секретарем Коминтерна был избран известный болгарский коммунист Георгий Димитров. С ним Тито предстояло встретиться еще не раз.

Пока же он оставался рядовым функционером Коминтерна. При этом проходил обучение, о котором все еще мало что известно. Из Тито готовили «секретного агента Коминтерна».

Подготовка в СССР иностранных коммунистов для работы в их родных странах велась еще с начала 1920-х годов. Теперь ее цель немного изменилась. Если раньше на первое место ставилась задача подготовки взятия коммунистами власти, то к середине 1930-х годов советское руководство уже не верило в близкую «мировую революцию» и поэтому важнейшее место в подготовке «агентов Коминтерна» занимала разведывательная работа в пользу СССР.

При Коминтерне существовали секретные военно-политические курсы, на которых слушатели изучали приемы конспирации, шифровальное дело, радиодело, общую военную подготовку, языки. Как правило, слушателями этих курсов становились хорошо проверенные иностранные коммунисты, желательно 25–45 лет, владеющие какой-либо профессией, способные к иностранным языкам. Тито практически идеально соответствовал этим требованиям.

После окончания работы конгресса Коминтерна Тито с югославской делегацией отправился в поездку по Советскому Союзу. Он посетил Свердловск, Куйбышев, Челябинск, Магнитогорск и в середине сентября возвратился в Москву. А потом в его биографии снова начинается период, о котором почти ничего не известно.

Об этом периоде своей жизни Тито практически никогда не рассказывал. О нем существуют лишь самые отрывочные сведения. Хорошо знавшие его люди утверждали, что он посещал занятия по военной тактике при школе Красной армии, где его проверяли на физическую крепость и выносливость. Одно из испытаний на выносливость требовало, чтобы человек две минуты стоял в проруби по шею в воде, температура которой была едва ли выше нуля[53]. Если это правда, то возникает вопрос: где именно все это происходило и когда — уж не зимой ли 1935/36 года?

Следы Тито снова появляются только в марте — апреле 1936 года[54]. На одной из многочисленных анкет, заполнявшихся им в то время, сохранилась интересная помета. В графе «Отметка об исполнении» значится: «Сотрудник посольства, 29.05.1936». Какого посольства — неизвестно. Вероятно, в конце мая 1936 года он выезжал за границу для выполнения какого-то специального задания.

Точно можно сказать только то, что Тито в 1936 году улаживал в Москве свои личные проблемы.

После того как Пелагея Белоусова-Броз с сыном Жарко приехала в 1929 году в Москву, она была направлена на учебу все в тот же Коммунистический университет национальных меньшинств Запада (КУНМЗ), в котором учились — фактически или формально — многие иностранные коммунисты. В целях конспирации ей дали другое имя — Елена Александровна Николаева и перевели из КПЮ в ВКП(б). Она считалась политэмигранткой, и только в 1933 году ей выдали советский паспорт.

После университета она работала в Казахстане преподавателем истории партии, потом ее перевели на должность инструктора Шиловского райкома партии Рязанской области. Тито, приехав в Советский Союз, начал разыскивать свою семью. Жарко сначала жил в детдоме сотрудников Коминтерна под Ивановом, потом оттуда сбежал, связался с «плохой компанией» и в итоге попал в интернат для малолетних правонарушителей под Ленинградом. Там его и разыскал Тито[55].

Летом 1935 года Пелагея приехала в Москву на курсы повышения квалификации партийных работников, и они с Тито и Жарко втроем прожили два месяца в «Люксе». Вероятно, тогда же они решили развестись.

Их брак был официально расторгнут 19 апреля 1936 года загсом Октябрьского района Москвы. Больше они никогда не виделись.

Пелагее Белоусовой в будущем пришлось несладко. Ее дважды репрессировали, и только в 1957 году она была реабилитирована, но без права проживания в Москве. Пелагея жила и работала в городе Истре Московской области[56].

В 1960-х годах она рассказала одному разыскавшему ее югославскому историку, что Тито развелся с ней по двум причинам: во-первых, он считал, что она плохо заботилась о Жарко, а во-вторых, якобы узнал о ее любовной связи с одним из сотрудников Коминтерна. Никакой связи, по ее уверениям, не было[57].

Жарко Броз приезжал из Югославии повидаться с матерью, но сам Тито Пелагее даже не писал. 12 марта 1967 года она скончалась от инфаркта[58]. Говорят, что Тито распорядился, чтобы югославский посол в Москве отнес от его имени венок на ее могилу.