Читаем Институт полностью

Вагон Саутуэй Экспресс, в котором за культиваторами, газонокосилками и подвесными лодочными моторами спал Люк, теперь выезжал из штата Нью-Йорк в Пенсильванию и входил в расширенный скоростной коридор, по которому ему предстояло стучать колесами в течение следующих трех часов. Его скорость возросла до 79 миль в час, и горе тому, кто застрянет на переезде или уснет на рельсах.

В кабинете Миссис Сигсби перед письменным столом стояла Фрида Браун. Она была одета в розовую пижаму, более красивую, чем та, что была у нее дома. Ее волосы были заплетены в косички, а руки сцеплены за спиной.

Стэкхаус дремал на диване в маленькой комнатке, примыкавшей к кабинету. Миссис Сигсби не видела причин его будить. По крайней мере, пока. Она осмотрела девушку и не увидела ничего примечательного. Она была такой же смуглой, как и ее фамилия: карие глаза, мышиного цвета волосы, кожа загорелая, цвета кофе с молоком. Согласно досье, ее НФГМ был ничем не примечательным, по крайней мере, по стандартам Института; полезным, но едва ли поразительным. И все же что-то было в этих карих глазах, что-то было. Наверное, сам взгляд — взгляд игрока в бридж или вист, когда его рука заполнена старшими козырями.

— Доктор Эванс говорит, что вы знаете, где находится наш пропавший ребенок, — сказала Миссис Сигсби. — Может быть, вы скажете мне, откуда дошли до вас эти мозговые волны?

— Эйвери, — сказала Фрида. — Он пришел ко мне в комнату. Он и сейчас там спит.

Миссис Сигсби улыбнулась.

— Боюсь, ты немного опоздала, дорогуша. Мистер Диксон уже рассказал нам все, что знает.

— Он вам солгал. — Все еще держа руки за спиной и сохраняя внешнее спокойствие, но Миссис Сигсби имела дело со многими, многими детьми и знала, что эта девочка сейчас находиться в состоянии крайнего страха. Она понимала, чем рискует. И все же уверенность из этих карих глаз никуда не делась. Это было просто восхитительно.

В комнату вошел Стэкхаус, заправляя рубашку.

— Это кто?

— Фрида Браун. Маленькая девочка, которая решила поконфабулировать[167]. Держу пари, ты не знаешь, что это значит, дорогуша.

— Да, знаю я, — ответила Фрида. — Это значит лгать, но я не лгу.

— Как и Эйвери Диксон. Я сказала мистеру Стэкхаусу, а теперь скажу и тебе: я знаю, когда ребенок лжет.

— О, он, вероятно, рассказал почти всю правду. Вот поэтому-то вы ему и поверили. Но о Прекиле он вам солгал.

Она нахмурилась.

— О чем…

— Преск-Айле? — Стэкхаус подошел к ней и взял за руку. — Ты ведь это хотела сказать?

— Так сказал Эйвери. Но это ложь.

— Как ты… — начала Миссис Сигсби, но Стэкхаус поднял руку, останавливая ее.

— Если он солгал насчет Преск-Айла, то что же тогда правда?

Она хитро улыбнулась ему.

— А что я получу, если расскажу?

— Что ты сейчас можешь получить, так это удар электрошокером, — сказала Миссис Сигсби. — Ты на дюйм от этого.

— Если вы меня ударите, то, что я вам скажу, может оказаться неправдой. Как не сказал вам всей правды Эйвери, когда вы ударил его.

Миссис Сигсби хлопнула ладонью по столу.

— Не пытайся играть это со мной, Мисс! Если тебе есть что сказать…

Стэкхаус снова поднял руку. Он опустился на колени перед Фридой. Несмотря на его высокий рост, они смотрели друг другу в глаза, и очень близко.

— Чего ты хочешь, Фрида? Вернуться домой? Скажу тебе прямо — это не возможно.

Фрида чуть не рассмеялась. Хотеть домой? К ее Эль допо матери, с чередой её Эль допо[168] бойфрендов? Последний хотел, чтобы она показывала ему свою грудь, чтобы он мог видеть, «как быстро она развивается».

— Я этого и не хочу.

— Тогда что?

— Я хочу остаться здесь.

— Это довольно необычная просьба.

— Но я не хочу, чтобы меня ширяли иглами, не хочу больше никаких тестов, и я не хочу в Заднюю Половину. Никогда. Я хочу остаться здесь, вырасти и стать надзирателем, как Глэдис или Вайнона. Или лаборантом вроде Тони. Или я могла бы научиться готовить и стать шеф-поваром, как Даг.

Стэкхаус заглянул через плечо девушки, чтобы убедиться, что Миссис Сигсби так же поражена этим, как и он. Похоже, что так оно и было.

— Скажем так… гм… организовать постоянное проживание было бы возможно, — сказал он. — Допустим, мы это устроим, если твоя информация окажется достоверной, и мы его поймаем.

— Его поимка не может быть частью сделки, потому что это нечестно. Его поимка — ваша работа. Если только моя информация верна. А так оно и есть.

Он снова посмотрел через плечо Фриды на Миссис Сигсби. Та слегка кивнула.

— Ладно, — сказал он. — Договорились. А теперь выкладывай.

Она лукаво ему улыбнулась, и он подумал, а не сбить ли эту улыбку с ее лица. Только на мгновение, но это была глубокая мысль.

— И я хочу пятьдесят жетонов.

— Нет.

— Тогда сорок.

— Двадцать, — сказала Миссис Сигсби у нее за спиной. — И только в том случае, если твоя информация хороша.

Фрида задумалась.

— Согласна. Только откуда мне знать, сдержите ли вы свои обещания?

— Тебе придется нам довериться, — сказала Миссис Сигсби.

Фрида вздохнула.

— Куда деваться.

Стэкхаус:

— Больше никаких просьб. Если тебе есть что сказать, говори.