Читаем Инферно полностью

Специалист по психологии общества сказал бы, что все оно неосознанно стремится оторваться от бренной земли, сократить угол обзора, не видеть ничего, кроме неба, не привязываться ни к чему, кроме свободы.

Карага был армс-меха, поэтому специалистов такого профиля не держал и не слушал. Ему хватало качественных статистических показателей: бездомных нет, на улицах чисто, рождаемость наконец-то вылезла из минусовых значений.

Жалоб на работу меха-полиции не поступало, на работу моментальных судов — тоже.

Преступлений нет. Мало кому хочется получить пулю в висок от меха-полицейского, моментально определяющего степень вины и обладающего всеми судейскими полномочиями, включая полномочия по осуществлению смертной казни.

С точки зрения Караги — город превратился в тихое, уютное местечко, где за последние десять лет совершилось больше открытий и научных скачков, чем в прежней Столишне за сотню.

Прогресс.

С точки зрения Дюка — построилось идеальное полицейское государство, где свободой и человечностью и не пахнет, зато кругом порядок, как в больничной лаборатории.

Он давно признался, что именно в такое государство поверил, стоя перед Карагой и белым самолетиком Конструктора — далеких десять лет назад.

Поверил и решил: хрен редьки не слаще. Зато долгожданное повышение — вот оно. Правая рука Караги, правителя. О таком жалкий капитан «Шершней» и мечтать не мог — ради этого стоило перетерпеть, перестрадать. Все это позади — сейчас Дюк вложен в систему мира, как патрон в патронник.

Он не прогадал и сделал правильный выбор.

Прогремело долгим, праздничным треском. Карага поднялся и подошёл к окну, закусывая хрустящим яблоком. На плацу под зданием выстроились в ряды меха-Морты в парадной форме с белыми лентами. Поверх них колыхалось и хлопало тугое знамя.

— Это деградация, — сказал Карага, возвращаясь назад.

Дюк удивленно поднял глаза, Льёрт усмехнулся.

— Это праздник в честь десятилетия Переворота, — сказал Дюк. — Торжественная часть. Скоро будут полеты.

— Это деградация, — повторил Карага. — Когда армия и полиция начинают вешать на себя белые бантики и плясать под окнами — это значит, что ей нечем заняться. А если армии и полиции нечем заняться, значит…

— Значит, Переворот оправдал поставленные цели, — сказал Дюк, зная, что надо говорить, а что нет.

— Ты-то мне жопу не лижи, — отмахнулся Карага.

Льёрт протянул тонкую руку и сцапал со стола желтое яблоко. Его глаза светились интересом.

— Ну почему, — сказал Дюк, снова наливая водку в приземистую рюмку, — почему бы и не… мы же не только свои задачи выполнили, мы и идеи Джона воплотили: бездомных днем с огнём не найти, например.

— Это потому, что Морт и Эру их тогда всех выбили по приказу Шикана, — поморщился Карага. — Не надо мне рассказывать… Мы не сознание общества поменяли, а само общество кастрировали, а теперь радуемся, что оно хером не машет… Оно не машет не потому, что умное и приличное, а потому что махать нечем!

— Рождаемость подняли.

— Показатели положительные потому, что после Переворота меньше умирать стали, а не больше рождаться.

— Преступности ноль.

— Убери меха-полицию с улиц на три дня и огребешь преступности за все десять лет — разом.

— Исчезли любители хобби.

— Этих любителей никогда не изведешь.

— Крэйт, — потерял терпение Дюк, — что ты от меня хочешь?

— А не знаю, — ответил Карага, — я не политик ни хрена, вот что. Льёрт.

— Ага.

— Ты нам тогда — помнишь? — тоже ведь что-то предлагал, но я не помню, что именно. Что это было?

— Не было ничего.

— Я точно помню, было, — настаивал Карага.

— Зачем тебе это знать теперь, если ты тогда выбрал оружие?

— Паскуда, — беззлобно сказал Карага. — Не мог я ничего другого выбрать. Я — армс, мы для того и сделаны, чтобы… — он не нашёл нужного слова и перевел тему: — Инженера Мертвых нашли?

— Нет, — помедлив, ответил Дюк. — Морт и Эру с этой загадочкой все мозги себе проели, перерыли тонну информации. Что такое ковчег, где две твари по паре, а бог за штурвалом? Нет такого в мире. Брось это, Крэйт, Шикан наверняка был не в себе, когда командовал им разгадать загадочку.

— Нет, — сказал Карага, — это важно. Это связано с Последним Инженером Мертвых. Морт помнит — Шикан обещал тому парнишке, Кенни, что сделает его Инженером. Загадка была об этом. Пусть ищут дальше.

— Почему тебя это так волнует?

— Инженеры — странные люди, — повторил Карага слова Конструктора, — а у Кенни на меня не просто зуб, а целая пасть. Не хотел бы я, чтобы он вылез и похерил все, что мы с таким трудом построили.

Он снова вернулся к окну и посмотрел на марширующие, сворачивающиеся в квадраты, бьющие тяжелыми ботинками о площадь ряды меха в парадной форме. На этот раз по губам Караги скользнула гордая улыбка.

— Ну что? — сказал он. — Не чокаясь? За гуманизм?

И он выпил, снова чувствуя горечь и туманное сожаление: жаль, что Джонни Доу не дожил до такого прекрасного времени — его так не вовремя погубили сломанные механизмы подачи кислорода в легкие.