Читаем Империя чувств полностью

На днях среди набора мертвых газетных фраз натолкнувшись на цитату из стихов Вагифа Джабраилзаде - "...я жестокий человек, кяманча..." вместо точки в конце предложения в узком темном уголке увидела Вагифа, в пол-лица со страхом и печалью глядящего на меня...

В этот божественный миг отчего-то ощутила себя кяманчой.

ЧЕЛОВЕК-ПРОЦЕСС

Кое-кто - даже самые родные, самые близкие, с кем объединяет общность мыслей и чувств, в ком больше полагаюсь на увиденную в глазах истину, чем на услышанное слово, сворачивают куда-то в сторону, вливаются в некие мелкие или крупные процессы.

Со всех сторон окружена процессами. Бодрыми, мерзкими, убогими, чистыми, нейтральными...

Иногда, подобно теплому дуновению ветерка, ощущаю направление и скорость их течения, их начала и концы. Мне же никуда не хочется двигаться.

Я сама - процесс...

МАНЕВРЫ ПАМЯТИ

Очень часто во сне, забыв о реальной жизни, покинутой всего пару часов назад, забыв о том, кто мы, климат города, где живем, цвет стен учреждений, где работаем, о том, что мы отцы и матери, лица наших детей, стены квартир, о том, что родители наши вот уже пятнадцать - двадцать лет как скончались, ни на миг не теряясь и не удивляясь, живем в никогда не виданных, иных квартирах, в странных городах, спокойно говорим и пьем чай с теми, чьи могилы так часто посещаем, считаем своими совершенно незнакомых детей, выполняем работу, которой не умеем делать, иногда даже чуть оторвавшись от пола, почти касаясь его животом, с замиранием сердца парим - а по утрам, как чему-то само собой разумеющемуся, не придаем значения этим мелким маневрам маленьких тайных точек нашей памяти, заставляющим нас так спокойно и безболезненно забыть, что мы когда-то жили в этом мире в ином обличье, и ничуть не удивляемся этим ежедневным божественным актам, протекающим у нас под носом...

Из цикла "РОДНЫЕ ЛИЦА"

Временами истощенные голодные морды собак, из желания покончить с этой мучительной, убогой бродячей жизнью бросающихся под раскаленные колеса автомобилей, напоминают мне родные лица некоторых бездомных, нищих нервных, злых моих коллег, кого талант запутал в невидимых, таинственных коридорах Литературы, чьи способности и мечты никак не соответствуют этому миру, его законам материальности...

ИЗ КАРТИН ОДИНОЧЕСТВА

Став чуть внимательнее, мы ощутим, сколь беспомощно одиноки мы, в самые неодинокие наши мгновения, даже беседуя с самыми близкими, самыми родными людьми.

И поймем мы, что высказанные нами в этих беседах наиболее искренние слова, чувства говорятся для нас же самих...

ВЕРНОСТЬ МУЗЫКИ

В музыке покойных композиторов ощущается атмосфера Иного мира. Даже песни композиторов, чью музыку еще совсем недавно мы слушали при их жизни, спустя некоторое время после смерти авторов словно оказываются в Той атмосфере, удаляются от нас, обретая черты божественного...

Особенно четко эта атмосфера ощущается классической музыке. Очевидно, у нее больше возможностей слиться с иными мирами.

В этом смысле самые веселые, оптимистичные песни Тофика Кулиева, как это ни печально, словно поются уже не для нас...

МАТЕРИНСКИЙ ПРИЮТ

Недавно я была свидетелем мучительной трагедии...

Госпожу N, посвятившую всю жизнь больной матери, не создавшую собственной семьи, прожившую свои лучшие годы в одном из тесных, словно забытых Временем, полутемных кварталов, в заброшенной двухкомнатной, старой, лишенной воздуха квартире с высокими потолками и всегда заполненной старыми соседками, с картавящей, толстой матерью, вечно болеющей, пьющей сильнодействующие лекарства и пьянея от их действия, изводящей всех разговорами о своих болячках. Эту женщину, совсем недавно избавившуюся ото всех этих мучений, хоронили - из-за нехватки денег - в одной могиле со скончавшейся пять-шесть лет назад матерью. Все это напоминало финал некоего шедевра, с гениальной концовкой...

Так госпожа N, женщина с тонкой душой, едва избавившись от своей чудовищной матери - владелицы этой старенькой двухкомнатной квартиры, полумраком, теснотой, духотой и тишиной, царившими в них, и без того напоминавшей могилу, вновь, на этот раз навечно, переселилась в ее еще более тесный приют...

Глядя, как вырастает на могиле холмик земли, ощущая окончание трагедии, на протяжении нескольких лет разворачивающейся на моих глазах, я с грустью слышала шуршание медленно закрывающегося тяжелого, пыльного занавеса...

СОСТОЯНИЕ ГОТОВНОСТИ

Бессонница, нервозность, слабость, а в последнее время даже рвотный рефлекс, появляющиеся у меня за несколько дней до приемов, куда вынуждена идти, или когда сама готовлюсь принимать каких-то гостей, это чрезмерное возбуждение свидетельствует о нарастающем осложнении перед очередными приемами и посещениями.

БОЖЕСТВЕННАЯ КОМЕДИЯ