Читаем Империи песка полностью

– Что вы себе позволяете?! – возмутилась домоправительница. – Его нет во дворце! Немедленно прекратите!

Но Серена оттолкнула ее, как досадную помеху, нашла нужную дверь и ворвалась в личные покои епископа.

Взглянув на диван в дальнем конце комнаты, Серена не сразу поняла, что́ происходит. Мусса находился здесь. Его рубашка была разорвана, а брюки расстегнуты. На лице – гримаса гнева и страха. Картину дополняли всклокоченные волосы. Сын отбивался от грузного епископа. Тот цеплялся сзади за его рубашку, а Мусса пытался вырваться. При виде матери страшная гримаса исчезла. Он облегченно вздохнул.

– Мама! – крикнул он.

Удивленный епископ разжал руки. Мусса вырвался от него, бросился к Серене и уткнулся в материнское платье.

– Мусса, отправляйся домой, – тихо сказала она. – Давай не задерживайся. Жди меня там.

Кивнув, Мусса опрометью выскочил из комнаты. Серена повернулась к епископу. Он пытался встать, одновременно расправляя задранную сутану. Серена с первого взгляда поняла, что епископ пьян. Гнусное, уродливое животное, пускающее слюни.

Серена устремилась к дивану. На глаза ей попалась каминная кочерга. Она схватила кочергу, подняла над головой, намереваясь ударить епископа. Он вскинул руку, пытаясь отвести удар.

– Я сейчас… – начала она, и в этот момент в комнату вбежала домоправительница вместе с кучером.

– Ваше преосвященство! – Домоправительница задыхалась от бега. – Ради Всевышнего, простите меня, ваше преосвященство! Эта женщина оттолкнула меня и прорвалась к вам! Что тут произошло? Вы не пострадали? Она вас не покалечила?.. Эй, вы! – накинулась на Серену домоправительница. – Прочь отсюда! Отойдите от монсеньора!

Серена замерла с поднятой кочергой. Кучер за спиной домоправительницы сердито, но с опаской поглядывал на Серену. Потом впился глазами в изогнутый конец кочерги. Эта женщина вполне могла размозжить ему череп. Кучер не горел желанием испытывать судьбу.

– Удалите ее отсюда, – натужно дыша, велел епископ и тяжело опустился на стул. – Она спятила. Она пыталась меня убить. Если надо, соберите всю прислугу. А ее вышвырните отсюда, затем убирайтесь сами.

Появился еще один слуга и робко шагнул к Серене, чтобы выполнить хозяйский приказ. Этого не понадобилось. Серена бросила кочергу, упавшую с глухим стуком на ковер, затем молча повернулась и вышла.

Как же ей сейчас недоставало присутствия Анри! Но мужа дома не было. Он находился на одной из фабрик, изготавливающих воздушные шары. На какой именно – она не знала. Оттуда он поедет прямо в оперу, где они и условились встретиться. Серене не хотелось идти на это дурацкое представление. Особенно сегодня. Но она обещала. Анри будет ждать и волноваться, если она не придет.

Мусса не пострадал. Он плакал и не хотел рассказывать о случившемся в доме епископа, но он не пострадал. Ему ничего не угрожало. Серена ощупала лицо, голову, руки и ноги сына. Она долго не хотела выпускать его из своих объятий, но потом он вырвался и убежал играть с Полем. Случись с ним что, ему бы сейчас было не до игр. Серена попросила мадам Леавр и Гаскона присмотреть за Муссой. Увидев ее встревоженное лицо, Гаскон предложил:

– Если хотите, я не отойду от него ни на шаг.

– Да, хочу, – ответила Серена.

Гаскон тут же отправился выполнять поручение. Причин не поехать в оперу у Серены не было. О случившемся она расскажет Анри завтра. Сегодня канун Рождества, его праздник. Обычно в первый день Рождества они ходили в Булонский лес и катались на коньках по льду замерзшего озера. Серена плохо стояла на коньках и постоянно падала. Анри пытался ее удержать. Кончалось тем, что они падали оба, хохоча, как дети. Серена с теплотой вспоминала об этом. Но завтра они никуда не пойдут. У них состоится серьезный разговор. Муж должен знать, что́ угрожало их сыну. Она могла скрывать от Анри свои неприятности, но история с Муссой – совсем другое.

Она представляла, как разъярится Анри. Ей требовалась его ярость.

Эта тварь пыталась надругаться над моим сыном. Стоило Серене подумать о сцене в епископских покоях, как ее охватывала дрожь. Она попыталась думать об одежде и прическе. В свою толстую косу она вплела ленту, расположив так, как нравилось Анри. Никаких драгоценностей она надевать не стала, за исключением подаренного мужем кольца. Оно было серебряным, с бирюзой. Анри привез его из Афганистана. Одевшись, Серена критично осмотрела себя в зеркале. Краситься она сочла излишним. Она считала себя простушкой, но Анри это нравилось, о чем она знала. Другие мужчины тоже обращали на нее внимание, однако Серена научилась не воспринимать это как комплимент. Французские мужчины отличались неразборчивостью и пялились на все, что отдаленно напоминало женщину.

Серена решила, что выглядит слишком уж заурядно. Из комнаты Элизабет она принесла большую шляпу с перьями. Шляпа была элегантной и к месту. Увидев ее, Анри наверняка засмеется. Серена не носила шляп, а потому он сразу поймет, что она так нарядилась ради его дурацкой оперы. «До чего же я его люблю!» – подумала она.