— Так вот и я о том же, — похихикивал он. — Но, как говорится, «не рой другому яму, сам в неё попадёшь»… А в целом, — слегка пристыдившись, продолжил Тарантино, — ты же знаешь, что, как только о работе речь заходит, я тупею враз, и начинаю всё посерьёзке воспринимать. Я и понимаю, что ты вряд ли на полном серьёзе предлагал мне прямо сейчас заняться производством ленты. Поэтому степень агрессивности моей реакции была и впрямь слегка неуместна. За что искренне прошу у тебя прощения.

Кстати, да. С Тарантино можно было говорить о чём угодно, и он всегда был способен, как говорится, «входить в роль» и тонко чувствовать обсуждаемый момент. Но как только речь заходила о работе — его внутренний переключатель почему-то никогда не срабатывал. Он впрягался в дискуссию на полную катушку, но уже «в роли» самого себя настоящего.

В то утро мы отлично с ним пообщались на разные отвлечённые темы жизни нынешней и вспомнили дела давно минувших дней. В самом деле у него не было ко мне никаких других дел, окромя самой встречи. Позавтракав в «Забрале», он отвез меня домой, и мы вновь обменялись номерами телефонов. После чего он исчез так же стремительно, как и появился.

Весь оставшийся день я работал и мусолил в голове мысль о тарантиновских кричалках и умелках. Сопоставляя себя, к своему великому сожалению, больше с кричалкой, стремящейся постоянно чего-то кому-то доказать. А может, так происходит потому, что я пока не реализовался как профессионал? Не доказал своей значимости как полноценный участник социума? Не доказал, для чего я нужен обществу? Ведь Мотя эксперт в своей области, а В профессионал в своей. Что касается Тарантино, так его прозвище и без излишних комментариев прекрасно иллюстрирует всё происходящее в его жизни. А я кто? Я, среднестатистический работник, не добившийся значимых успехов. Серый никто. Может, не умея делать хорошо какое-то дело, человек всегда комплексует из-за своей значимости и выпрашивает одобрение окружающих? Хотя… существует масса признанных и заслуженных профессионалов и чемпионов, ведущих себя в обществе отвратительно и продолжающих гоняться за одобрением. А бывают люди не особо-то и профессионалы, но счастливые и довольные жизнью. Выходит, что профессионалы тоже бывают кричалками? Выходит, что профессионализм, хоть и имеет отношение к разнице между кричалкой и умелкой, но не является определяющим фактором? Тогда что, если не профессионализм? В чём же тогда дело, если, даже став профессионалами в своём деле, некоторые люди всё равно продолжают считать, что мир их не заметил? А непрофессионалы бывают вполне самодостаточными и счастливыми людьми. Почему так происходит? Это что-то более глубокое и более фундаментальное, чем профессионализм? Возможно, кричалки считают, что мир их «не любит»? Может, кричалкам недостаёт любви? Кричалки выпрашивают любовь? Или, может быть, они мучаются от отсутствия любви в самих себе? Они страдают от отсутствия любви в своей жизни и хоть как-то стараются её наполнить? Стараются наполнить свою жизнь хоть чем-то? Хотя бы криками? Кричалки кричат от отсутствия в своей жизни любви, а умелки умеют любить? Неужели дело в этом? Неужели самодостаточность кроется в способности любить? А тогда в чём кроется способность любить? Я думал, что как раз в самодостаточности она и кроется. Что же тут причина, а что следствие? Что первично, любовь или самодостаточность?.. Без понятия! К сожалению, я пока не могу найти ответа на вопрос о первопричине.

Глава XLVII

Две модели

В очередной раз Юма оказалась права. Мотя и В вчера занимались своими делами, и никакой встречи не происходило. С одной стороны, я был рад такому раскладу. Но с другой — я корил себя за очередное неуместное самокопание и сомнение в своих друзьях. О да, я перемалывал в себе очередное самокопание о самокопании!

Позвонивший ближе к вечеру В предложил устроить неожиданный сюрприз Моте, заехав к нему без предварительного звонка. Забрав меня из дома около восьми вечера на своём новом чёрном «ренджровере», В покатил в сторону Мотиного района, повсеместно нарушая правила дорожного движения, но чудесным образом не создавая аварийных ситуаций и даже мало-мальских помех движению.

— Я согласен, — твёрдо рубил за рулём В, — что здоровье не купишь. Но поддерживать здоровье проще деньгами, чем нервами от их отсутствия. И семейное счастье не купишь. Но поддерживать быт достатком проще, чем лишениями и ограничениями. С маленьким кусочком денег ты можешь создать для себя куда более счастливую жизнь, чем со всем Мотиным бредом вместе взятым.