Читаем Иди за рекой полностью

Время от времени заходил Макс. Иногда его выводило из себя что‐нибудь в шиномонтажной мастерской, где он работал, или в новостях, и тогда он, с красными глазами, объявлялся у меня на пороге. Я кормила его обедом и слушала тирады о коммуняках, уродах, нарках, свиньях и мордоворотах и понимала только, что его злоба огромной изодранной сетью раскинулась на все вокруг. О Лукасе он говорил редко, но я знала, что мы оба по нему тоскуем, оба мечтаем, чтобы он вернулся, и тогда мир станет хоть немного менее безумным.

Когда я видела Макса в последний раз, он забирался в фургон, набитый хиппующими людьми в джинсах и бахроме: они направлялись на летний музыкальный фестиваль в двух тысячах миль от нас, на стадионе Шей-стадиум. Он бы и не заехал, если бы ему не понадобилось одолжить у нас сумку-холодильник, но я бесконечно благодарна, что все‐таки заехал.

– Фестиваль Мира, прикинь! С этой вот кошечкой.

Макс расплылся в счастливой улыбке, кивнув на сидящую за рулем тоненькую девушку без лифчика и с венком увядших ромашек на пышном афро. Она улыбнулась и послала мне знак мира, выставив вверх указательный и средний пальцы, и Макс расхохотался своим чудесным горловым смехом.

Я знала, что он понятия не имеет, что предпочесть – мир или войну, эту девочку или какую‐нибудь другую.

– Джоплин. “Криденс”. “Степпенвулф”. Это ж прям, мать его, Вудсток! – воскликнул он. А потом широко раскинул руки, приглашая меня обняться на прощанье.

Я прижалась к нему. От него несло марихуаной, джином и потом, но я все равно вдохнула в себя его запах.

– Хорошего путешествия, – проговорила я ему в плечо. Мне хотелось сказать ему, что он – мальчик из маленького городка в Колорадо и Нью-Йорк-сити может сожрать его заживо. Но вместо этого сказала: – Я тебя люблю.

Он покрепче сжал меня в объятьях и прошептал:

– Ятятош.

Фургон с прекрасными запутавшимися детьми помчался по улице, с визжащим Хендриксом из открытых окон. Они свернули за угол и исчезли из виду.

Я вернулась в дом и оцепенело включила телевизор. Пол ужинать не пришел, поэтому я смотрела дурацкие телеигры, чтобы скоротать время до выпуска новостей.

Слова

Когда тебя вырывает из сна грубый стук в дверь; когда за стеклом ты видишь размытые очертания двух напряженно ожидающих мужчин в форме; когда сердце уже провалилось пушечным ядром куда‐то в живот, но все равно нужно продолжать идти вперед, чтобы открыть дверь и выслушать их сообщение, – ты не находишь слов.