Читаем Язык птиц полностью

И Удод отвечал: «Это — труд, но и благо,Бог дарует покорным то чудное благо.2125 Этот дар — лишь для тех, кто душою всех чище,Нет для путника более благостной пищи.Плотность пищи — лишь в плоти, что духом чиста,И в свободе от плотских оков живота.Но для благости путника будет залогом,Если все, чем владеет он, — в малом, во многом, —Все, в чем добр и порочен, хорош и корыстен, —Быль и небыль пути постижения истин —Соберет и в огне отрешенья спалит —Все, до пепла, дотла, без строптивых обид.2130 Пусть развеет он пепел по ветру в пустыне,Чтоб и духу его не осталось в помине.Пусть войдет в его сердце губительный ветер,Пусть овеет сей луг очистительный ветер!Должен он из души все былое изъять,Что свершил он — благое и злое, — изъять.И когда все былое в себе уничтожит,. Он стезей благодати направиться сможет.Говорят, что дорога для праведных — благо,Если знают они мудрость первого шага.2135 Выйди в путь — быль и небыль, и тайны и явь,Чтоб исчезли бесследно, сожги и расплавь!Если шаг этот сделан — искомое рядом,И свершиться дано единенья усладам!» [154]

ПРИТЧА

Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Эмир Эмиров , Омар Хайям , Мехсети Гянджеви , Дмитрий Бекетов

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Арабская поэзия средних веков
Арабская поэзия средних веков

Арабская поэзия средних веков еще мало известна широкому русскому читателю. В его представлении она неизменно ассоциируется с чем-то застывшим, окаменелым — каноничность композиции и образных средств, тематический и жанровый традиционализм, стереотипность… Представление это, однако, справедливо только наполовину. Арабская поэзия средних веков дала миру многих замечательных мастеров, превосходных художников, глубоких и оригинальных мыслителей. Без творчества живших в разные века и в далеких друг от друга краях Абу Нуваса и аль-Мутанабби, Абу-ль-Ала аль-Маарри и Ибн Кузмана история мировой литературы была бы бедней, потеряла бы много ни с чем не сравнимых красок. Она бы была бедней еще и потому, что лишила бы все последующие поколения поэтов своего глубокого и плодотворного влияния. А влияние это прослеживается не только в творчестве арабоязычных или — шире — восточных поэтов; оно ярко сказалось в поэзии европейских народов. В средневековой арабской поэзии история изображалась нередко как цепь жестко связанных звеньев. Воспользовавшись этим традиционным поэтическим образом, можно сказать, что сама арабская поэзия средних веков — необходимое звено в исторической цепи всей человеческой культуры. Золотое звено.Вступительная статья Камиля Яшена.Составление, послесловие и примечания И. Фильштинского.Подстрочные переводы для настоящего тома выполнены Б. Я. Шидфар и И. М. Фильштинским, а также А. Б. Куделиным (стихи Ибн Зайдуна и Ибн Хамдиса) и М. С. Киктевым (стихи аль-Мутанабби).

Ан-Набига Аз-Зубейни , Аль-Газаль , Маджнун , Ибн Шухайд , Ас-Самаваль

Поэзия Востока