Читаем Язык птиц полностью

3440 Суть твоя в непорочном единстве блаженна,Речь мужей единенья об этом — священна.Всем, кому ты в судьбу единенье назначил,Им ты благостный рок отрешенья назначил.И кого ты из пут своелюбия спас,Тем закон единенья нарек ты в наказ.А кого отрешил ты от благ единенья,Тем безверье судил ты и мрак помраченья.И кому к единению путь указал ты,Уберег их от зла ты, им суть указал ты.3445 Ты от уз своелюбья меня огради,К единенью с тобой, о творец, приведи!Не оставь своелюбья во мне даже малость,Чтоб преград к единенью с тобой не осталось!

ПРИСЛОВИЕ

Шах Махмуд, страстью мучимый темною ночью,Не стерпел — что Аяз, мол, — взгляну-ка воочью.[254]Тот не спал, но глаза его были прикрыты,Он лежал, будто вправду дремотой повитый, .С края ложа пристроив тюфяк в головах,Возлежал он, когда подошел к нему шах.3450 Шах смотрел на него, красотою влекомый,И старался он справиться с жаркой истомой.Но смотрел он, и страсть в нем сильней разгоралась,И любовь его жаром огней разгоралась.Он к ногам луноликого тут же прилегИ со страстью смотрел на ступни его ног.И к ногам его шах прикоснулся ладонью —Тот не двинулся, будто не слышал спросонья.Шах подумал: «Не спит он, я сна не нарушу», —И сказал он: «О сжегший печалью мне душу!3455 Ты ведь понял, сколь жгуч мой мучительный пыл, —Почему же таким ты безжалостным был?Ты не вздрогнул, не сел и не скинул покрова,Благосклонность явил, но не молвил ни слова».И сказал розоликий: «О шах мой, помилуй,Разве был во мне след моей сути — хоть хилый?Кто дает разрешенье, в том есть его суть,А в меня в этот миг был заказан ей путь.Шах был сущим, но не было сути Аяза,От влекомого, немощный, ждал я наказа.3460 Кем порыв к единенью владеет столь рьяно,Для того нет Аяза вне сути султана!Кто закон единенья познал навсегда,«Я» и «ты» — этих сутей в нем нет и следа!»[255]

46 МОЛЬБА ОБ ОДОЛЕНИИ ПУТИ ОТРЕШЕНИЯ

О мужам отрешенья явленный зиждитель!Единеньем ты ввел их в благую обитель,Ибо вечность обресть — то дано от тебя им,Им удел отрешенья тобой посылаем.Кто себя, свою суть в отрешеньё не вверг,Для того самый смысл отрешенья померк.3465 И тогда им не жаждать вовек единенья —Нет в таком отрешении в вечность стремленья.Дай, господь, отрешенье Фани в воздаянье,Чтобы вечности клад он обрел в достоянье!Ты в себе уничтожь его бренную суть,Чтобы, сгинув, обрел он нетленную суть.[256]В этой найденной сути ему — завершенье,Тут и дело с концом:, здесь — с тобой единенье!

ПРИСЛОВИЕ

Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Эмир Эмиров , Омар Хайям , Мехсети Гянджеви , Дмитрий Бекетов

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Арабская поэзия средних веков
Арабская поэзия средних веков

Арабская поэзия средних веков еще мало известна широкому русскому читателю. В его представлении она неизменно ассоциируется с чем-то застывшим, окаменелым — каноничность композиции и образных средств, тематический и жанровый традиционализм, стереотипность… Представление это, однако, справедливо только наполовину. Арабская поэзия средних веков дала миру многих замечательных мастеров, превосходных художников, глубоких и оригинальных мыслителей. Без творчества живших в разные века и в далеких друг от друга краях Абу Нуваса и аль-Мутанабби, Абу-ль-Ала аль-Маарри и Ибн Кузмана история мировой литературы была бы бедней, потеряла бы много ни с чем не сравнимых красок. Она бы была бедней еще и потому, что лишила бы все последующие поколения поэтов своего глубокого и плодотворного влияния. А влияние это прослеживается не только в творчестве арабоязычных или — шире — восточных поэтов; оно ярко сказалось в поэзии европейских народов. В средневековой арабской поэзии история изображалась нередко как цепь жестко связанных звеньев. Воспользовавшись этим традиционным поэтическим образом, можно сказать, что сама арабская поэзия средних веков — необходимое звено в исторической цепи всей человеческой культуры. Золотое звено.Вступительная статья Камиля Яшена.Составление, послесловие и примечания И. Фильштинского.Подстрочные переводы для настоящего тома выполнены Б. Я. Шидфар и И. М. Фильштинским, а также А. Б. Куделиным (стихи Ибн Зайдуна и Ибн Хамдиса) и М. С. Киктевым (стихи аль-Мутанабби).

Ан-Набига Аз-Зубейни , Аль-Газаль , Маджнун , Ибн Шухайд , Ас-Самаваль

Поэзия Востока