Читаем Ящик Пандоры полностью

— А кто здесь волнуется? — спросил капитан и обвел взглядом всех собравшихся в рубке: вахтенного штурмана, помполита Чеснокова, «деда», рулевого за штурвалом, Владимира Ткаченко. — Разве что вы, Михаил Юрьевич…

Радист смущенно одернул форменную тужурку.

— Слушайте Москву, «маркони», — сказал Валентин Васильевич. — Сейчас все зависит от связи.

В кабинете Главнокомандующего ВМФ сидел за столом человек с погонами Адмирала флота Советского Союза. Он говорил по телефону:

— Да, я уже обо всем знаю, мне доложили. Уже связался с адмиралом Гайдуком.

Его собеседником был министр морского флота.

— На «Калининграде» восемьсот иностранных туристов, товарищ Главком. Вы понимаете всю щекотливость нашего положения…

— Конечно, понимаю. И эта щекотливость не только в этом… Но вы не беспокойтесь. Все будет в полном порядке. Как всегда. Да-да… Я сам позвоню вам позднее.

— Товарищ капитан! — крикнул вахтенный штурман. — Пират вышел на наш курс и застопорил ход!

— Вижу, — отозвался Устинов. — Так держать!

«Хотите испытать у кого крепче нервы, голубчик? — весело подумал Валентин Васильевич. — Давайте попробуем…»

«Кайман» застопорил ход и удерживался на линии курса, которым должен был пройти пассажирский лайнер.

— Попугайте этих упрямых русских, — распорядился Хортен-старший. — Ведь у них на борту туристы… Капитан не захочет рисковать.

Матросы у пулеметов изготовились к стрельбе.

— Огонь! — крикнул командир «Каймана».

Длинные трассирующие очереди понеслись навстречу теплоходу и прошли справа и слева вдоль его бортов.

На мостике «Калининграда» капитан Устинов ухватился за ручку машинного телеграфа, готовый маневрировать двигателями, если возникнет в этом необходимость.

Рулевой матрос напряженно смотрел в картушку ренитера гирокомпаса, удерживая «Калининград» на заданном курсе.

Теплоход шел полным ходом вперед.

Из рулевой рубки было видно, как сорвались с пиратского корабля пулеметные трассы. Казалось, что крупнокалиберные пули ударят сейчас в лобовые стекла.

— Пугают, паршивцы, — сквозь зубы процедил капитан и стиснул рукоятку телеграфа. — Идите прежним курсом!

Адмирал флота Советского Союза закончил разговор с министром, положил трубку телефона-«вертушки» и нажал кнопку на панели селекторной связи.

— Зайдите ко мне, — сказал он.

В дверях возник порученец Главкома, молодой и подтянутый капитан первого ранга.

— Адмирал Гайдук? — спросил Главком.

— На проводе, — доложил порученец. — Ждет вызова.

Главком удовлетворенно кивнул, развернулся вместе с креслом вполоборота, лицом к большому экрану справа от письменного стола.

По экрану пробежали полосы, слегка зарябило, затем появился командующий эскадрой, одетый в легкую летнюю форму контр-адмирала.

Он стоял на палубе ракетного крейсера, на котором держал свой флаг.

— Ну, что там у вас, Александр Александрович? — спросил Адмирал флота.

— Уже полный порядок, товарищ Главнокомандующий, — улыбнулся Гайдук. — Необходимые меры приняты.

— Действуйте без промедления! — приказал Главком ВМФ.

С мостика «Каймана» его командир с тревогой смотрел, как теплоход «Калининград» полным ходом шел прямо на шпионский корабль, загородивший ему курс.

— Русские раздавят нас, как муху! — закричал командир-пират, повернувшись к полковнику Адамсу.

— Полный ход! — распорядился глава резидентуры. — Сойдите с курса, развернитесь и дайте им как следует!

Из рулевой рубки «Калининграда» было видно, как наглый «Кайман» сошел с курса, развил скорость.

— Они удирают, товарищ капитан! — крикнул вахтенный штурман.

Валентин Васильевич поджал губы и с сомнением покачал головой, поднял к глазам бинокль.

Корабль-оборотень отошел в сторону, затем резко повернулся. Капитан Устинов увидел в бинокль, как матросы «Каймана» разворачивают ракетную установку и будто услышал резкий приказ командира:

— Залп!

Ракеты с воем рванулись к теплоходу.

Люди, находившиеся на мостике теплохода, вздрогнули и инстинктивно пригнули головы, когда ракетный залп ударил поверх рубки.

Капитан Устинов рванул рукоятку телеграфа к отметке «Стоп машина!», и старший механик уже собрался было выполнить приказ. Но Валентин Васильевич пересилил мгновенную слабость, скорее, острый приступ беспокойства за судьбу пассажиров, команды, судна, резко опустил рукоятку на сектор «Полный вперед!».

— Курс прежний! — крикнул капитан Устинов рулевому.

На палубе рядом с бассейном безмятежно загорали Билл Ричардсон и Элен Резерфорд.

Когда над их головами промчались с воем ракеты «Каймана», Билл вздрогнул и стал беспокойно оглядываться.

— Новый русский сюрприз? — спросила Элен. — Право, они не дают нам соскучиться. Развлечения сыпятся на нас, как из рога изобилия.

— Боюсь, что развлечения кончились, — ответил Билл и протянул Элен руку. — Идем!

И снова на маленький хищный «Кайман», как неумолимый рок, надвигался огромный русский теплоход.

Матросы пиратского корабля с беспокойством поглядывали на мостик, ждали от командира новых приказаний. Им уже явно не нравилась эта «игра» с пассажирским лайнером, которым управлял капитан, обладающий железной выдержкой.

— Смотрите, сэр! — крикнул командир и протянул полковнику Адамсу бинокль.