Читаем I. C. G. (СИ) полностью

Девушке не обязательно было знать, что Доминанту было наплевать на то, на какую букву начинается это чертово имя, есть ли необходимые инициалы на руке Микки, и смогут ли их метки при соприкосновении окончательно связать их.

Ему было все равно.

Галлагер не верил в судьбу раньше и не верит в нее сейчас.

Но он доверяет своему сердцу.

Доминант противился природе, утверждая, что сам себе выберет человека.

И Йен выбрал.

– Микки Кейн Милкович? – спросил Лип, возвращая брата из воспоминаний.

– Ага, – кивнул рыжий, улыбаясь. Как бы он не хотел этого признавать, имя было красивым.

– Черт, я думал, что первый найду, – надул губы Филлип, снимая свой браслет, протягивая брату левую руку, демонстрируя три буквы, выведенные на его запястье:

«М. С. М.»

– Может, Микки… – решил пошутить он.

– Я тебе сейчас нос сломаю, – но рычание, сопровождающее угрозу младшего брата, резко напрягшего каждую мышцу тела, в любой момент готового броситься на защиту своего, отбило подобное желание, сменяя ехидную улыбку на лице кудрявого на искреннюю радость за Йена, наконец, нашедшего свою вторую половину в этом огромном мире.

Сумевшего принять то, чего так упорно от себя отталкивал все эти годы.

Йен Галлагер не хотел себе саба.

Но он хотел ЕГО.

Комментарий к Четвертое

У автора огромные напряги с финалами… Можете спросить об этом “Дорогого” =)

Но я очень надеюсь, что эта глава понравится Вам.

Впереди всего одна глава и Эпилог =(

Жду Вас по тому же адресу=)

========== Сними его ==========

Микки молчал.

Следуя приказу Дома, Милкович не поднимал вопрос о метках, но пристальный взгляд голубых глаз, направленный на коричневую полоску кожи на его запястье, Йен не заметить не мог.

Им стоило поговорить, но Галлагер продолжал упорно игнорировать ситуацию, закрываясь в себе и подолгу пропадая где-то после учебы, возвращаясь домой в ночи, находя дремлющего в кресле саба, отказывающегося ложиться в кровать без рыжего.

Перенося Микки на кровать и снимая с него остатки одежды, Доминант подолгу разглядывал спящего парня, нежно улыбаясь, затем залезал на холодный матрас и, прижимая к себе расслабленное тело, едва ощутимо целуя черную макушку, проваливался в забытие, обещая себе, что завтра, уже завтра расскажет ему все.

Но с утра не произносил ни слова.

Давать ложных надежд успевшему уже разочароваться в справедливости законодательной системы сабмиссиву Йен не хотел. Продолжая работать в паре с Джасмин, обивая пороги различных структур и казенных домов, Галлагер делал все возможное, чтобы без участия Микки добиться победы, лишить Терри Милковича любых прав на сына и получить заветный документ.

Йен был признан Истинным Домом Микки Кейн Милковича, но останавливаться на этом Галлагер не хотел.

– Смотрите-ка, одеяло пришло, – отставляя на столик опустевшую пивную банку, пробубнил саб, поднимая глаза на вошедшего в комнату рыжего. Он был чертовски зол на Доминанта, почти две недели игнорирующего его, оставляя Милковича в гордом одиночестве коротать остатки вечеров после продолжительной смены на стройке и нескольких часов общественных работ, назначенных судом за то, что брюнет позволил себе на слушании. – Ты сегодня рано, – стрелки часов замерли около цифры девять, впервые не указывающие далеко за полночь при возвращении Йена.

– Привет, – поздоровался Галлагер, положив небольшую папку на комод, подпирающий стену, нежно улыбнувшись нахохлившемуся сабу, в очередной раз поймав себя на мысли, что с этим парнем он еще успеет намучиться. – Нам нужно поговорить, – сказал он, расстегивая джинсы, спуская те к щиколоткам и переступая грубую ткань. – Я схожу в душ, подожди меня минут десять, – попросил он, сворачивая рубашку, чтобы отправить ее в стирку, и вышел из помещения.

– Поговорить, – повторил Микки, напрягшись.

Никогда эти слова не означали ничего хорошего.

Раздумывая над тем, в каком порядке упаковывать свои вещи в сумку, заблаговременно решив, что разговор с Домом обязательно окончится его съездом, сабмиссив блуждал взглядом по поверхностям наполняющей комнату мебели, отсчитывая минуты до возвращения Галлагера.

Черный прямоугольник привлек к себе внимание голубых глаз, а любопытство, не уступающее в своих размерах упрямству брюнета, вынудило того подняться и подойти к комоду, аккуратно открывая тонкую пластиковую папку, внимательно вчитываясь в строки, обрамленные вычурной позолоченной рамкой.

– Что за нахуй? – нахмурился саб, в третий раз пробегаясь по тексту, не веря своим глазам.

– Я так и знал, что ты не удержишься, – услышал он тут же голос подошедшего к нему сзади рыжего, подпрыгивая от неожиданности, резко захлопнув обложку документа. – Так даже лучше, говорить долго не придется, – улыбнулся Йен, аккуратно обнимая Милковича со спины, опуская подбородок на его плечо.

– Что это значит? – понимая, что Доминант вовсе не злится на него за проявленную нетерпеливость, спросил Микки, вновь раскрывая папку, доставая твердый лист бумаги с крупно выведенными на нем буквами его имени и гораздо меньшими в размере, но в сто крат превышающими их по значимости, другими символами.