Читаем Гусли, звените… полностью

Есть гора на море-океане,Что плывёт вершиною сквозь тучи.У подножья сизые туманы,Бор по склонам, дикий и дремучий.Этот лес по звуку, по крупицеВсе напевы впитывал, что слышал,И, качаясь, пел на голосницы,Грозно в бурю, ласково в затишье.Век за веком к солнышку тянуласьСтройных елей поросль густая:Ах, какие прятались в них гусли!Ах, какие гусли подрастают…Неспроста со всей земли подлуннойВ том краю умельцев привечали,Чтоб ложились палубки под струны,Чтоб напевы светлые звучали.Помолясь, со страхом и любовьюОбласкав стамеской волоконца,Ладили шпенёчки в оголовья,Звонкие выглаживали донца……Но земные судьбы ненадёжны…Новый царь над краем поднял знамя.И в лесу, притихшем и тревожном,Чужаки взмахнули топорами.Гордый терем строили в столице.Лучший лес везли со всей державы.Оттого сиротствовали птицы,Обращались в пустоши дубравы.На упряжки бычьи громоздилиБеспощадно срубленные ели:Ах, какие гусли в них таились…Ах, какие гусли не пропели…Вот легли могучие стропилаПоперёк торжественного зала,Где вождя дружина веселилаИ кровавый подвиг вспоминала.Пели славу бешеные дудки,Только царь косился недовольно:Как же так? Хвалебные погудкиСтранным эхом плакали под кровлей…Пьяный мёд властителю стал тошен.«Не по сердцу, – молвил он, – изба мне!»И прекрасный терем был заброшен.Царь велел сложить другой – из камня.Там убитых песен послезвучьеНе помеха удали беспечной,Не царапнет совестью живучей…Камню что! Он вытерпит. Он вечный.Чудо-брёвна горестно и грустноПод дождями долгими чернели.Ах, ещё не поздно высечь гусли!Ах, какие гусли можно сделать……Снег одел печальные руины,Сгинул царь, а люди одичали.Никаким законам не повинны —Им бы дров, согреться на привале.Грубых рук усилием согласнымСбиты петли, сломаны заплоты…Языком горячечным, атласнымЛижет пламя древние колоды.…Дым кружит шпенёчки и окрылки,И ковчежец тонкий, гулкий, вещийНи хвалой, ни плачем, ни дразнилкойПод рукой уже не затрепещет.Смоляные выплаканы слёзы.Нет стволов – рассыпались угольем.Ах, какие гусли… – и разноситСтылый ветер пепел в чистом поле.Вот и всё… Ни памяти, ни скорби.Что истлело, к жизни не воспрянет.Лишь гора, седую спину горбя,Ждёт-пождёт на море-океане.Ждёт весны, чтоб семя пробудилось,Чтобы корни вспомнили былое,Чтоб святая солнечная силаОбняла молоденькую хвою.Чтоб на прежде голых, чёрных кручах,В посрамленье бедам и злодеям,Снова полный песенных созвучий,Лес восстал, победно зеленея.Чтоб вершины гордо зашумели,На ветру качаясь в упоенье,Чтобы древу кланялся умелец,Наторевший в гусельном строенье,Чтоб мечтал, кору ладонью гладя,Новым веком призванный искусник:Ах, какие гусли можно сладить!Ах, какие можно сладить гусли!
Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука-поэзия

Гармония слов. Китайская лирика X–XIII веков
Гармония слов. Китайская лирика X–XIII веков

Лирика в жанре цы эпохи Сун (X-XIII вв.) – одна из высочайших вершин китайской литературы. Поэзия приблизилась к чувствам, отбросила сковывающие формы канонических регулярных стихов в жанре ши, еще теснее слилась с музыкой. Поэтические тексты цы писались на уже известные или новые мелодии и, обретая музыкальность, выражались затейливой разномерностью строк, изысканной фонетической структурой, продуманной гармонией звуков, флером недоговоренности, из дымки которой вырисовывались тонкие намеки и аллюзии. Поэзия цы часто переводилась на разные языки, но особенности формы и напевности преимущественно относились к второстепенному плану и далеко не всегда воспроизводились, что наносило значительный ущерб общему гармоничному звучанию произведения. Настоящий сборник, состоящий из ста стихов тридцати четырех поэтов, – первая в России наиболее подробная подборка, дающая достоверное представление о поэзии эпохи Сун в жанре цы. В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов

Поэзия
Лепестки на ветру. Японская классическая поэзия VII–XVI веков в переводах Александра Долина
Лепестки на ветру. Японская классическая поэзия VII–XVI веков в переводах Александра Долина

В антологию, подготовленную известным востоковедом и переводчиком японской поэзии Александром Долиным, вошли классические произведения знаменитых поэтов VII–XVI вв.: Какиномото Хитомаро, Ямабэ Акахито, Аривара Нарихира, Сугавара Митидзанэ, Оно-но Комати, Ки-но Цураюки, Сосэй, Хэндзё, Фудзивара-но Тэйка, Сайгё, Догэна и др., составляющие золотой фонд японской и мировой литературы. В сборник включены песни вака (танка и тёка), образцы лирической и дидактической поэзии канси и «нанизанных строф» рэнга, а также дзэнской поэзии, в которой тонкость артистического мироощущения сочетается с философской глубиной непрестанного самопознания. Книга воссоздает историческую панораму поэзии японского Средневековья во всем ее жанрово-стилистическом разнообразии и знакомит читателя со многими именами, ранее неизвестными в нашей стране. Издание снабжено вступительной статьей и примечаниями. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Коллектив авторов

Поэзия
В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века
В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века

В антологию, подготовленную известным востоковедом и переводчиком японской поэзии Александром Долиным, включены классические шедевры знаменитых поэтов позднего Средневековья (XVII – начала XIX в.). Наряду с такими популярными именами, как Мацуо Басё, Ёса-но Бусон, Кобаяси Исса, Мацунага Тэйтоку, Ихара Сайкаку, Камо Мабути, Одзава Роан Рай Санъё или инок Рёкан, читатель найдет в книге немало новых авторов, чьи творения украшают золотой фонд японской и мировой литературы. В сборнике представлена богатая палитра поэтических жанров: философские и пейзажные трехстишия хайку, утонченные пятистишия вака (танка), образцы лирической и дидактической поэзии на китайском канси, а также стихи дзэнских мастеров и наставников, в которых тонкость эстетического мироощущения сочетается с эмоциональной напряженностью непрестанного самопознания. Ценным дополнением к шедеврам классиков служат подборки юмористической поэзии (сэнрю, кёка, хайкай-но рэнга), а также переводы фольклорных песенкоута, сложенных обитательницами «веселых кварталов». Книга воссоздает историческую панораму японской поэзии эпохи Эдо в ее удивительном жанрово-стилистическом разнообразии и знакомит читателя с крупнейшими стихотворцами периода японского культурного ренессанса, растянувшегося на весь срок самоизоляции Японии. Издание снабжено вступительной статьей и примечаниями. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Антология , Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Зарубежная поэзия / Стихи и поэзия
Время, бесстрашный художник…
Время, бесстрашный художник…

Юрий Левитанский, советский и российский поэт и переводчик, один из самых тонких лириков ХХ века, родился в 1922 году на Украине. После окончания школы поступил в знаменитый тогда ИФЛИ – Московский институт философии, литературы и истории. Со второго курса добровольцем отправился на фронт, участвовал в обороне Москвы, с 1943 года регулярно печатался во фронтовых газетах. В послевоенное время выпустил несколько поэтических сборников, занимался переводами. Многие стихи Леви танского – «акварели душевных переживаний» (М. Луконин) – были положены на музыку и стали песнями, включая знаменитый «Диалог у новогодней елки», прозвучавший в фильме «Москва слезам не верит». Поворотным пунктом в творчестве поэта стала книга стихов «Кинематограф» (1970), включенная в это издание, которая принесла автору громкую славу. Как и последующие сборники «День такой-то» (1976) и «Письма Катерине, или Прогулка с Фаустом» (1981), «Кинематограф» был написан как единый текст, построенный по законам музыкальной композиции. Завершают настоящее издание произведения из книги «Белые стихи» (1991), созданной в последние годы жизни и признанной одной из вершин творчества Юрия Левитанского.

Юрий Давидович Левитанский

Поэзия
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже