Читаем Город сломанных судеб полностью

— А в городе стрельба слышна, кстати, — сказал Рома. — Наших там нет. С кем они стреляются?

— Местных кошмарят.

Затем наступила ночь, черная, как добываемый здесь уголь. Донбасская тихая ночь. Тусклых звезд не было видно, даже собственную руку в кромешной мистической тьме не разглядеть. Сверчки молчали. Четверка устроилась за холмиком прикорнуть. Но Демьяну не спалось. Его начинало потихоньку клинить. Ему казалось, что он очутился вне времени и пространства, что сейчас должно произойти что-то важное, решится судьба не только его, а этой земли, огромной территории, на которой возвышаются терриконы, ожидают своей участи вагонетки с углем, а он никому не нужен, этот чертов уголь, так же, как и эти люди, живущие здесь, застывшие в каком-то далеком и не слишком радостном прошлом. И их отправляют в топку, подкидывают в печь их жизни, как дрова, наполняя бюджеты своих организаций, олигархи довольны, расходного материала аж семь миллионов, зачем этот черный уголь? Пусть стоит, мы людьми растопим, разожжем огонь до небес, чтобы сам Господь заметил великих украинцев, приносящих своих соотечественников в жертву. Как в Одессе в Доме профсоюзов. Да только не христианскому Богу вы хотите угодить. Другому, богу войны. Сами создали это чудовище, воспеваете его своими поступками, со счастливыми дебильными лицами идете воевать, добровольно промыв себе мозги. Но ваш бог помогает вам только в одном — умереть. На другое бог войны не способен. А настоящий Бог помогает выжить, потому что Господь — это всегда жизнь и никогда смерть.

Эти мысли заставили Демьяна перекреститься. «Да простит меня Господь за все, что я делал и сделаю», — подумал он.

В четыре часа утра поступила информация, что колонна противника выдвигается из Счастья. Все засуетились и заняли боевые позиции. Южный блокпост был немного более укрепленным, чем северный. К тому же все ожидали позиционных перестрелок вследствие подрыва моста через Северский Донец. Поэтому ополченцы были в хорошем, добром расположении духа.

— Разминирован! Мост разминирован! — прибежал один из казаков, который отправлялся проверить готовность мин к подрыву. — Все детонаторы вынуты!

Всем стало понятно, что первоначальный план провалился. Стало ясно, что кто-то предал. Но было уже не до поиска виновника. Все готовились к битве. Теперь перспективы были не такими радужными. Колонна бронетехники приближалась.

— С такими темпами мы войну за неделю проиграем, — угрюмо заметил Китаец.

— Да, расклады тут интересные. Мутно все, — подтвердил Демьян.

— Ну хана нам. Сотрут, как и первый блокпост.

— Ничего. Повоюем.

Когда показалась вражеская техника, сделали залп из РПГ. Попал точно в цель, и первая БМП стала, как вкопанная. Следующая объехала ее и выстрелила в ответ, и её поддержал огонь пулемета. Снаряд попал в деревца, что росли справа от моста, оставив черную воронку. Из подбитой махины выбрались солдаты, начавшие под прикрытием колонны продвигаться вперед, делая мелкие автоматные укусы.

Ополченцы отвечали градом выстрелов, огневая мощь здесь явно превосходила возможности первого блокпоста. Но главной надеждой, конечно, был РПГ, отправивший еще один снаряд во врагов. Это попадание не было столь удачным, наоборот, позицию гранатометчика заметили и нацелили половину орудий на него. Спастись бедняге помогла резвость и крутой склон, по которому он молнией спустился чуть вниз, а затем, скрывшись из виду солдат и обогнув территорию обстрела, выплыл рядом с соратниками.

Четверка вела плотный автоматический огонь по броне, заставляя пехотинцев прятаться и не высовываться. Китаец пальнул из ручного гранатомета. Удачный выстрел. Приглядевшись, он увидел оставшихся валяться на асфальте армейцев.

Колонна неумолимо приближалась, расстояние сокращалось, и угроза уничтожения возрастала с геометрической прогрессией. Один точный плевок БМП для многих будет последним.

— Пацаны, гасим! — крикнул сквозь стрекот орудий Демьян.

Добровольцы прицелились и открыли дружный плотный огонь по противнику. Демон и Китаец выстрелили из подствольников, и добавили автоматными очередями. Патроны кончались, перешли на одиночные выстрелы. Затем, надежнее укрывшись, парни дали себе возможность передохнуть на минуту.

Бой продолжался. Ополчение отчаянно стремилось показать свою мощь и бесстрашие. Но бронетехника упорно плевала пулеметами и пушками на человеческие качества сопротивленцев. Пока очередной выстрел ловкача из РПГ не подбил вторую БМП. Тогда только колонна остановилась. Машины развернулись поперек дороги, укрывая своей толстой кожей пехоту, которая заняла позиции, включив мощную ответку из стрелкового оружия. Демон прицельным огнем одиночными начал бить с холма по украинским солдатам. Первого ранил, когда несчастный попытался высунуться и дать очередью по блокпосту — правая рука в районе плеча пробита насквозь. Криков было не слышно, но Демон знал, что солдат кричит. Второму прострелил ногу. Бедняга упал и попытался отползти за броню, но кто-то из ополченцев добил его.