Читаем Город дождя полностью

Я взяла другой лист и прочитала странное название: “Сказка о чернильной девочке”.  В следующий момент мои глаза пытливо заскользили по строкам: “Жила-была на тёмном чердаке в пыльной коробке из-под конфет чернильная девочка. Звалась она так, потому что очень любила рисовать чернилами. Давным-давно она была деревянной марионеткой и выступала на детских праздниках вместе с другими куклами; ей это очень нравилось, но однажды старый мастер, который выпилил её собственными руками, куда-то внезапно исчез, и к ним в театр пришёл новый кукловод – своенравный и жестокий. Игра чернильной девочки не пришлась ему по душе: недрогнувшей рукой он обрезал ей нити и выгнал бедняжку на улицу. За всю свою небольшую кукольную жизнь она никогда не покидала пределов театра, поэтому ей пришлось испытать много невзгод и ужасов, пока она искала себе надёжный приют в большом суетливом городе, где на маленькое деревянное создание некому было обратить внимание. Когда она пыталась с кем-нибудь заговорить, люди твердили ей, ускоряя шаг: “Нельзя останавливаться, нужно бежать вперёд!”. Спросить, почему они не могли хотя бы на минуту остановиться, чернильной девочке не удавалось – крохотные ножки не могли никого догнать. Вот так, долго скитаясь по городским площадям и проспектам, она постепенно научилась чувствовать, понимать природу людей, научилась плакать и радоваться мелочам: шуршанию задорного осеннего листочка, игривому весеннему ветерку, ласковому прикосновению пушистой снежинки, сиянию и теплу доброго солнца, которое она стала считать своей матерью – иногда, протягивая к его лучам свои короткие деревянные ручки, ей чудилось, что солнце улыбается ей своим круглым жёлтым лицом и обнимает её в ответ, как родное и любимое дитя. Со временем у неё появилось сердце. Девочка очень удивилась, когда однажды услышала странное биение в своей груди, похожее на трепетание невесомой бабочки. Теперь, поранившись об острый гвоздик или при неуклюжем падении, из её ран текла самая настоящая кровь, но люди всё равно не хотели признавать её живой девочкой. Они говорили ей: “Настоящие дети играют со сверстниками, а кровь твоя – всего лишь красный древесный сок”. Другие дети действительно считали, что она не похожа на них и не хотели дружить с ней, а один злой мальчишка во дворе однажды назвал её щепкой и, сильно толкнув, чуть не уронил девочку в разведённый костёр, которого она боялась даже больше, чем дождя. Она не таила ни на кого обиды, но вскоре поняла, что ей не место среди людей, как бы ей не хотелось быть на них похожей.