Читаем ГОЛУБОЙ БОЛИД полностью

Личный секретарь генерала Дэка, подойдя на цыпочках к двери кабинета своего начальника и слегка приоткрыв ее, был ошеломлен представившейся ему картиной.

Пестрый персидский ковер, застилавший почти весь пол знакомого нам кабинета, был покрыт осколками битого фарфора. Около стены, на которой долгое время висела большая карта Европы, в какой-то фанатической пляске исступленно топтался шеф иностранной разведки — генерал Дэк. Под его ногами шуршала измятая и изорванная карта. Из искривленного рта хлопьями вылетала пена.

— Вон отсюда! — прорычал он, заметив секретаря. Появление в кабинете нового лица вывело его из припадка. Поборов вспышку охватившего бешенства, Дэк беспомощно опустился в кресло. Просидев минуты три молча с опущенной головой и безжизненно повисшими руками, он достал носовой платок и обеими руками стал вытирать выступивший на лбу холодный пот и забрызганный слюной подбородок.

— Опять подкачали нервы… После каждого провала я чувствую себя чертовски плохо… Эта депрессия[16] лишний раз подтверждает, что у меня, как и у других, есть еще душа и сердце… Хотя бы их не было. Нам, полковник, они не нужны, — сказал он тихим, обмякшим голосом, обращаясь к вошедшему Рою, застывшему как статуя посреди комнаты.

Неподвижно и молча наблюдая за пылким выражением чувств своего начальника, полковник Рой, приняв соответствующую этому моменту позу, не хотел напоминать разъяренному генералу о своем присутствии, чтобы не дать ему повода для переноса гнева с неодушевленных предметов на свою персону. Тактика оказалась верной, и теперь потерявший способность к возбуждению генерал Дэк был не опасен.

— Я отлично понимаю ваше состояние, господин генерал, — вкрадчивым голосом начал Рой. — При провале Рубера я сам был еще в худшем состоянии и даже хотел покончить с собой. Я, пожалуй, сделал бы это, но вы вовремя спасли меня, решив лично руководить операцией «Голубой болид»…

— В этом и беда, полковник, что я мало доверяю другим, и все стараюсь делать сам… Вы знаете, как меня расстроило ваше сообщение о потере связи с Колли… Я и сейчас еще не могу успокоиться…

Зная привычки своего начальника; Рой подобострастно спросил:

— Разрешите приказать принести…

— Да, да! Содовой воды и виски, — не дал он закончить полковнику. — Надо привести в порядок нервную систему и детальнее ознакомиться с делом…

Через минуту в дверях кабинета появилась гибкая фигура секретаря с подносом, уставленным бутылками и стаканами.

— Садитесь, полковник, — пригласил Дэк, усаживаясь за письменный стол и приготовляя себе напиток. — Пока я узнал от вас немногое — вы сказали мне, что с Лучинским и Лагуниными потеряна связь? Расскажите, как это произошло?.. Пейте, полковник, не ждите моего приглашения… Обсуждение такого важного вопроса требует максимального душевного равновесия, — добавил он, кивая на поднос.

— Я докладывал вам, господин генерал, что Лучинскому при помощи Тони Лагуниной удалось сблизиться с семьей Антонова? — спросил Рой, выпив стакан шипучей смеси.

— Да, да… Это получилось замечательно… Вас выручил случай.

— Лучинский узнал о бессоннице профессора и как врач предложил ему свои услуги. Он дал ему возбуждающего средства, которое должно было обострить нервную систему Антонова и усилить болезнь… А профессор во время бессонницы ночью выходил помечтать на берег моря… Вчера Лучинский и Колли должны были взять его и донести нам… Но связь с ними почему-то прекратилась…

— Случай с Рубером и подобные им ничему не научили вас, полковник Рой… Наверное и бессонница профессора Антонова оказалась трюком русской разведки? — тяжело вздохнул Дэк и стал пить виски большими глотками.

— Но почему вы уверены в провале Лучинского и Лагуниных? Может быть, они захватили Антонова, доставили его к намеченному нами месту и ждут, когда, за ними будет выслана подводная лодка? Потеря связи в такой обстановке естественна. После похищения Антонова Лучинский не рискует появляться в Синеводске. Там наверняка подняты на ноги все ищейки… А радиостанция у него дома…

— Вы всегда, Рой, настроены оптимистически… Но, пожалуй, с вами можно согласиться, — успокоившись под действием алкоголя, сказал Дэк.

— В таком случае мы должны поторопиться с высылкой подводной лодки, господин генерал… Вы сами поставили Колли условие — уничтожить Антонова, если через пять дней за ним не прибудут.

— Он должен быть доставлен живым — это условие министра… А подводная лодка отменена — у Советов на морских границах слишком сильная пограничная охрана. Особенно ей помогает новый радиолокатор, от которого не уйдет ни одна подводная лодка… К сожалению, и этот радиолокатор на нашей совести — мы его еще не достали.

— Какое же средство заменит подводную лодку?

— Секретный стратоплан типа ракеты… Вы его видели, полковник?

— К сожалению, нет.

— Это нехорошо. Вы отстаете от жизни… Это грандиозный аппарат-амфибия. И что очень ценно — его можно прятать под воду. Наличие специальных двигателей обеспечивает ему вертикальный подъем и спуск. Он не нуждается в аэродроме.