Читаем Гитлер полностью

В восточном отделе министерства иностранных дел имелось большое число сторонников сотрудничества с СССР. Продолжение этой политики представлялось им необходимым условием сохранения своей роли. Немецкий посол в Москве фон Дирксен и государственный секретарь фон Бюлов сделали все от них зависящее, чтобы подписать с СССР договор (25 февраля 1933 года) о предоставлении кредита на 140 млн рейхсмарок и пролонгации (5 мая 1933 года) Берлинского договора; однако их усилия пошли прахом после того, как нацисты подвергли разгрому советские представительства в Германии. Начиная с лета 1933 года Советский Союз заключил с соседними государствами, от Финляндии до Афганистана, ряд договоров о ненападении; в декабре появился даже такой договор с Италией. С 1931–1932 годов началась политика сближения с Францией. Осенью 1933 года Сталин осудил военное сотрудничество с Германией, оставив вне критики торговые связи с этой страной. Но любая попытка сближения встречала со стороны Гитлера резкий отпор. Любое сотрудничество с большевиками представлялось ему невозможным, поскольку грозило ему потерей политического доверия. 19 сентября 1934 года Советский Союз вступил в Лигу Наций – в полном соответствии с логикой проводимой им политики; 2 мая 1935 года – заключил с Францией оборонительный пакт; вскоре такой же пакт был заключен с Чехословакией.

Единственным пунктом, по которому между прежними и новыми элитами царило полное взаимопонимание, оставалось перевооружение и манера поведения на конференции по разоружению. Расхождения возникали только в отношении деталей и методов.

В пространном меморандуме, адресованном Нойрату, государственный секретарь фон Бюлов изложил свой анализ положения Германии на международной арене, подчеркнув, что считает существующий европейский порядок временным. Тем не менее, указывал он, следует в ближайшем будущем избегать любых конфликтов – до тех пор, пока Германия не обретет способности разговаривать с другими странами с позиции силы. На более далекую перспективу он планировал осуществление целей, сравнимых с предложениями «империалистов эпохи Вильгельма»: захват колоний для приобретения сырьевых ресурсов и решение проблемы перенаселенности. Следовало также помешать индустриализации сельскохозяйственных стран – убеждение, которого придерживались все сторонники мировой политики.

По мнению Бюлова, Германия, решив проблему разоружения, должна бросить силы на решение экономических и финансовых проблем, и это, вполне возможно, станет наилучшим средством посеять раздор между остальными государствами. Однако одновременно он высказывал предостережение против преждевременных инициатив и провокационных мер, предпринимаемых «организациями, близкими к правительственным кругам». Кроме того, государственный секретарь призывал добиваться большей согласованности всех действий в области внешней политики.

Чего же на самом деле хотел министр иностранных дел? С тех пор как Брюнингу в 1932 году удалось договориться о моратории на немецкие долги, а Шлейхеру 11 декабря того же года – о равноправии в области вооружений, его целью стало постепенное развитие политики в направлении территориальных завоеваний. Первой мишенью должна была стать Польша. Следовательно, идею поэтапного движения поддерживал не только Гитлер. Однако, как мы покажем ниже, он выделял приоритеты, отличные от министерства иностранных дел. Что касается Лиги Наций, то фон Бюлов считал необходимым оставаться в ее рядах так долго, как это будет полезным; главное, не оставлять слишком много свободы для маневра французам. Впрочем, как только выход из Лиги станет очевидно выгодным шагом, его надо будет без колебаний сделать. Нойрат ознакомил кабинет с меморандумом 7 апреля 1933 года. Гитлер не высказал ни одного возражения. Он готовился в ближайшее время предложить план собственных инициатив.