Дроид пробежал пальцами по сенсорам пульта, ворота покойницкой распахнулись, выдвинулась лента транспортера. Джузеппе потер руки и принялся изучать появившийся на ленте материал. Обнаружились там три старухи с бессмысленно выкаченными глазами, у одной на подбородке блестела подмерзшая струйка слюны. Старик благообразной внешности, с гладко забранными назад седыми волосами. И еще один, неопределенного возраста. Курносый и в веснушках.

– Небось, остаточный метаболизм? – поинтересовался Джузеппе, тыча пальцем в эти веснушки. – Вот у него?

Дроид развернул на голоэкране генную карту «полена».

– Врожденный эффект, господин сенатор.

Сизый Нос хмыкнул, приложился к фляге, задумчиво сощурился.

– Полный возраст? – наконец сказал он.

– Сто тридцать пять, господин…

Джузеппе развернулся, хватил Эмму Синее Море по плечу:

– Джузи. И без господ.

– Джузи, – стрельнув шалым взглядом, поправился дроид.

– Каков же биоэлектрический потенциал мозга?

– Сто семьдесят единиц, Джузи.

– Он что тут у вас, спать собрался? Ты мне еще скажи, что у него там альфа-ритмы…

– Никак нет, Джузи. Хаос допороговых сигналов.

– Значит, «полено», – глубокомысленно изрек сенатор. – Но какое!

– Говорящее! – слабо пропищало что-то в сыром воздухе мертвецкой.

Джузеппе остолбенел и хмуро уставился на дроида.

– Остаточная речевая функция, – отчеканил дроид, получив данные с мнемосканера.

– Что-то я за свои двести с гаком лет не слышал, чтобы полено, чурбак, – и разговаривал.

– Старый паршивый козел! – По комариному звонко разнеслось в мертвецкой.

Джузеппе с нескрываемым довольством хлопнул в ладоши.

– Вот так паршивец! Ну, Карло, будет тебе работа. Я забираю это бревно. Готовь капсулу и транспорт.

– Слушаюсь, Джузи.

Сенатор передает говорящее полено вольному генетику Карло по прозвищу Шаманщик

Под уровнем зеро располагались несколько технологических этажей Города. Самый нижний из них предназначался для самого последнего из самых необходимых дел – утилизации того, в чем Город уже не имел нужды. Здесь сжигалось, превращалось в энергию и элементный состав все, что «стекало» сверху. Если на уровне зеро люди были непрошеными гостями, то здесь им уж совсем было нечего делать.

Неподалеку от Камина, гигантской плазменной печи-инвертора, прямо в скальном граните и создал Сизый Нос тайную лабораторию для старинного своего друга – Шаманщика Карло. Дружбу вели они еще с детской поры, когда на пятидесятом уровне, что сразу под пятьдесят первым, самым верхним, родильным, строили планы на будущее. В ту далекую пору Карло мечтал изменить природу домашних животных – кошек и собак, повысить их интеллект до уровня дроидов и научить человеческой речи. А Джузеппе клялся, что будет помогать ему в гениальных трудах.

Много воды с тех пор утекло. Много открытий совершил Карло. Но закон Сената об обязательной государственной службе ген-реконструкторов перечеркнул его надежды на свободное творчество. Животным запретили разговаривать. Тех из них, кто уже был генетически модифицирован в говорящих, безжалостно подвергли утилизации. И тогда Карло пустился во все тяжкие. Творения Шаманщика были признаны представляющими угрозу национальной безопасности. Трижды покровительство Сизого Носа, симпатичного, подающего надежды политика, уберегало вольного генетика от суровых санкций Службы Генетического Контроля.

Не одна лишь дружба двигала Джузеппе в его покровительстве вольному генетику. Без эксклюзивных биологических программ, встроенных приятелем в его хромосомный набор, не стать бы Сизому Носу сенатором. Эти чудесные программы, даже без помощи ген-коррекций, вылепили столь привлекательный для «ботвы», так в Городе называли избирателей, облик сенатора: представительного сорокапятилетнего по стандарту-21 мужчины с небольшим солидным брюшком, подкупающе искренней улыбкой, точными жестами, убедительной интонацией, правильной мимикой. Джузеппе не пришлось брать уроки у профессиональных репетиторов, чтобы научиться управлять мимикой и овладеть ораторским искусством. Все было задано кодирующими последовательностями нуклеотидов. Почему такому чуду и не произойти, если даже собачек и кошечек Карло играючи «разгонял» до интеллекта шестилетнего ребенка?

Но однажды не смог помочь и влиятельный друг. Очередной созданный Шаманщиком генетический код был признан Службой Контроля метавирусом, а вирусы во всех Городах считались самой страшной угрозой национальной безопасности. Кроме тех, конечно, которые государственные генетики синтезировали для «заквасок» в рамках разрешенных научных программ.