Читаем География полностью

2. Побережье ихтиофагов[2232] плоское, большей частью лишенное деревьев, за исключением пальм, какого-то терновника и тамариска. Воды и плодов культурных растений там недостаточно. Население и скот питаются рыбой и пьют дождевую и колодезную воду, поэтому мясо их домашнего скота отзывает рыбой. Жилища ихтиофаги сооружают большей частью из китовых костей и устричных раковин, применяя китовые ребра для балок и стропил, а для дверей — китовые челюсти; из позвоночных костей они изготовляют ступки, в которых толкут рыбу, высушив ее на солнце; затем прибавляют немного муки и пекут из этой массы хлеб. Хотя они не знают железа, но у них есть ручные мельницы. Это, впрочем, менее удивительно, так как они могут привозить мельницы из других мест. Но как же они чинят части мельницы, затупившейся от употребления? Они утверждают — при помощи тех же камней, на которых они точат стрелы и дротики, закаленные на огне. Рыбу они поджаривают в печах, но большей частью едят в сыром виде. Ловят рыбу сетями из пальмового лыка.

3. Над областью ихтиофагов находится Гедросия — страна, менее знойная, чем Индия, но жарче остальной Азии. Плодов и воды в ней недостаточно (исключая летнего времени), и вообще она немногим лучше страны ихтиофагов. Зато в Гедросии в изобилии растут душистые коренья, в особенности нард и мирра, так что войско Александра в походе пользовалось этими растениями для покрытия палаток и подстилок, вместе с тем наслаждаясь приятным запахом и дыша более здоровым воздухом. Возвращение из Индии войска произошло нарочно летом, так как в эту пору в Гедросии идут дожди и реки и водоемы наполняются водой; напротив, зимой они иссякают. Дожди выпадают в верхних северных частях страны и вблизи гор. Когда реки наполняются водой, то орошаются и равнины близ моря и в водоемах появляется много воды. Царь выслал вперед в пустыню людей копать колодцы и приготовлять стоянки для него и для флота.

4. Разделив силы на 3 части, Александр с одной частью выступил через Гедросию. При этом он держался на расстоянии самое большее 500 стадий от моря для того, чтобы одновременно дать флоту возможность использовать побережья. Нередко Александру приходилось подходить близко к морю, хотя берега были трудно проходимы и скалисты. Вторую часть войска он выслал вперед под начальством Кратера через внутреннюю область, который вместе с тем должен был подчинить Ариану, а также заранее прибыть в то же место, куда направлялся и Александр. Флот Александр отдал под начальство Неарха и Онесикрита, главного кормчего, с приказанием выбрать подходящие места для стоянок и затем следовать за войском, плывя вдоль берега параллельно линии его пути.

5. Кроме того, по словам Неарха, когда царь уже заканчивал свой переход, сам он начал плавание осенью во время восхода Плеяд на западе. Ветры были еще неблагоприятны, и варвары напали на македонян, пытаясь их изгнать. Ведь с уходом царя, продолжает Неарх, варвары ободрились, обретя свободу действий. Кратер же, выступив от Гидаспа, двинулся через область арахотов и дрангов в Карманию. Много бед пришлось вытерпеть Александру на всем протяжении своего перехода, так как он шел через скудную область. Продовольствие поставлялось издалека в скудном количестве и через большие промежутки времени, поэтому войско терпело голод. Вьючные животные пали, а груз пришлось бросить на дорогах или оставить в лагере. Спасли войско финиковые пальмы: воины ели не только плоды, но и «капусту»[2233] пальм. Впрочем, как говорят, Александр заранее представлял себе трудности похода. Он возымел, однако, честолюбивый замысел (ввиду господствующего мнения о том, что Семирамида спаслась бегством из Индии приблизительно с 20 человеками, а Кир — только с 7 человеками), не удастся ли ему преодолеть также и эти затруднения и благополучно провести такое большое войско через ту же страну[2234].

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники исторической мысли

Завоевание Константинополя
Завоевание Константинополя

Созданный около 1210 г. труд Жоффруа де Виллардуэна «Завоевание Константинополя» наряду с одноименным произведением пикардийского рыцаря Робера де Клари — первоклассный источник фактических сведений о скандально знаменитом в средневековой истории Четвертом крестовом походе 1198—1204 гг. Как известно, поход этот закончился разбойничьим захватом рыцарями-крестоносцами столицы христианской Византии в 1203—1204 гг.Пожалуй, никто из хронистов-современников, которые так или иначе писали о событиях, приведших к гибели Греческого царства, не сохранил столь обильного и полноценного с точки зрения его детализированности и обстоятельности фактического материала относительно реально происходивших перипетий грандиозной по тем временам «международной» рыцарской авантюры и ее ближайших последствий для стран Балканского полуострова, как Жоффруа де Виллардуэн.

Жоффруа де Виллардуэн

История
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза