Читаем Галерна полностью

– Разумеется, в этом я нисколько не сомневаюсь. У Алекса взрывной темперамент… он вспыльчивый и обидчивый. Но я никогда не видела, чтобы он вел себя агрессивно.

– Что ж, в любом случае у него сейчас большие проблемы. Как сказал мне Льярена, парень сейчас находится в камере и ждет, пока родители найдут ему адвоката. Пока от него не удалось добиться ни слова, – сообщил Отаменди, выходя из подъезда.

– И что мы будем делать дальше? – спросил Айтор, когда они переходили дорогу, направляясь к машине. Он собирался было накинуть на голову капюшон, но остановился, осознав, что дождь уже не шел.

– Дружище, никакого «дальше» для нас больше нет. Подозреваемый задержан, дело закончено. Мы можем ехать домой, – объявил Отаменди, садясь за руль «Гольфа». – Во всяком случае, насчет Альваро Латьеги можно заключить, что он не имеет отношения к преступлениям. Если он каждую субботу бывает в кино, там должны его знать. Такого, как он, трудно не запомнить.

– Но вы же сами высказывали сомнения в том, что настолько педантичный преступник мог оставить столь очевидные следы в социальных сетях. Алекс Санхиту не тот человек, которого мы ищем, – произнес Айтор, устраиваясь на заднем сиденье. Эва тем временем заняла кресло рядом с водителем.

– Не имеет значения, что я думаю. Официальная линия расследования такова – и точка. Мы, со своей стороны, сделали все возможное и ничего не нашли. Все, конец истории, – ответил полицейский, выразительно пристегиваясь ремнем безопасности, словно желая подкрепить этим жестом свои слова.

– Я просто не могу поверить! Вы собираетесь сейчас сдаться? – с упреком произнес Айтор, повышая голос.

– Послушай, сдаться или не сдаться – разве в этом дело? – ответил Отаменди усталым тоном. – Речь идет о том, чтобы прислушаться к здравому смыслу. Нам некуда больше двигаться, у нас ничего нет.

– Но я не собираюсь сидеть сложа руки!

– Не будь таким упрямым. И не кричи на меня, – сердито сказал Отаменди. – Ты сделал намного больше, чем от тебя требовалось. Твой вклад в это дело уже достаточен. Дальше обойдутся без тебя.

– Я хочу сказать, что нам нужно его допросить! – Айтор наклонился вперед, просунув голову между сиденьями Эвы и Отаменди.

– Что?

– Эва ведь знает его. Пусть она и поговорит с ним, – напористо предложил судмедэксперт.

– У тебя совсем уже крыша поехала.

Отаменди вставил ключ в замок зажигания.

– Я говорю всерьез. Вы могли бы помочь нам пройти в участок, – сказал Айтор, словно это было чем-то само собой разумеющимся.

– Да-да, как скажешь.

Полицейский завел машину и тронулся с места.

– А ты что думаешь, Эва? – спросил Айтор с отчаянием, почувствовав вибрацию двигателя. Все должно было скоро закончиться – они ехали домой. – Ты готова на это?

– Мне не кажется это хорошей идеей, Айтор, – с сожалением произнесла Эва, повернувшись к судмедэксперту.

– Спасибо за здравомыслие,– откликнулся полицейский, и его лицо при этом как будто говорило: «Иначе и быть не могло».

– И что вы предлагаете нам теперь делать? Сдаться? – Айтор откинулся на спинку своего сиденья, скрестив на груди руки.

– Ничего подобного. Сейчас мы отвезем Эву домой, а потом сами поедем по домам – спать. Завтра будет другой день.

Отаменди не смог скрыть нотку горечи в своем голосе. Затем он снял машину с ручного тормоза и посмотрел в зеркало заднего вида.

– Если вы не возражаете, я бы предпочла вернуться в «Аквариум». Мне нужно привести там все в порядок к началу утренней смены.

– Ну, тогда в «Аквариум».

Полицейский включил указатель поворота и повернул руль, собираясь выехать на дорогу.

– Но, Хайме… – Айтор вновь высунулся между передними сиденьями. Вид у него был жалкий, как у брошенного пса. Он знал, что если они уедут сейчас, то все будет потеряно.

– Ты не переживай, – сказал Отаменди, прекратив маневр и посмотрев прямо на Айтора. – Эчеберрия хочет держать нас подальше от этого дела – ну что ж, пусть будет так. Завтра ты поедешь в свой институт, дашь необходимые объяснения и получишь нагоняй от начальства. Конечно же, тебя прикроют. Несколько месяцев будешь отдуваться за свой проступок, а потом все потихоньку уладится – и на работе, и в жизни все пойдет своим чередом.

– А вы?

– Ну, я уж как-нибудь переживу эти неприятности, за меня не беспокойся. А тебе я вот что скажу, – обратился полицейский к Эве. – Если тебя будут спрашивать, говори, что мы заставили тебя поехать с нами из соображений безопасности. Ладно, едем уже.

Однако прежде чем Отаменди успел выехать на шоссе, ослепительный свет фонарей ворвался в машину через передние боковые стекла. Айтор опять почувствовал слабость в коленях, увидев наведенное на них табельное оружие двух сотрудников Эрцайнцы.

– Заглушите двигатель и медленно, с поднятыми руками, выходите из машины по одному! Не делайте глупостей – это может плохо закончиться!

Айтор прикрыл глаза, мысленно выругавшись. Он узнал, кому принадлежал этот голос.

– Делайте, что он говорит, медленно и спокойно. – Отаменди поднял над рулем руки и осторожно открыл свою дверь. Патрульные грубо схватили его и прижали к кузову машины.