Читаем Фридрих Барбаросса полностью

Тяжелое поражение, которое потерпела власть Фридриха Барбароссы в 1167 году, следует считать важной вехой в истории раннештауфеновской эпохи. Особая имперская администрация в Ломбардии (передовой в экономическом отношении имперской зоны), созданная после Ронкальского рейхстага, но прежде всего после триумфа над Миланом, была уничтожена. Не удалось найти приемлемого решения и для церковного вопроса. Все эти события не могли не оказать влияния на территории Империи, расположенные к северу от Альп, на земли, оставленные Фридрихом в 1166 году лишь частично замиренными. Видимо, еще в марте 1168 года император поехал в Бургундию, где — вероятно, в Безансоне — смог приветствовать свою супругу. На время отсутствия в этих землях преданного ему архиепископа Хериберта Безансонского (митрополит входил в число участников четвертого итальянского похода) государь принял меры для сохранения порядка в графстве Бургундия, назначив заместителя^[234], но все же и здесь ему пришлось обнаружить явный ущерб для своей власти. Он резко отчитал местных грандов. Его политические возможности в тот момент ограничивались его личной активностью, императорскими приказами: кризис его власти в Италии дал о себе знать и к северу от Альп. Правда, в Бургундии Фридрих задержался ненадолго: ему необходимо было в срочном порядке окончательно возвратиться в Германию.

Беспорядки в Саксонии^[235] требовали срочного вмешательства государя. Архиепископ Майнцский и герцог фон Церинген, отправленные сюда еще осенью прошлого года из Верхней Италии, до сих пор не смогли добиться решающего перелома в ситуации. Участники конфликта явились в Вюрцбург к императору в июне 1168 года, лишь после двух тщетных вызовов. На одной стороне выступал Генрих Лев, на другой — коалиция восточносаксонских имперских князей Магдебурга, Бранденбурга и ландграфа Тюрингского. Несмотря на то что князья подчинились императорскому приказу прекратить борьбу, эти конфликты вскоре разгорелись вновь — в последующие годы императору еще не раз придется ими заниматься.

Видимо, уже в это время Фридриху пришлось принимать меры в отношении владений и сеньорий, оставшихся бесхозными после гибели под Римом многих князей и представителей знати^[236]. Наделение герцогскими правами епископа Вюрцбургского, о чем было объявлено на хофтаге в городе на Майне в июне 1168 года, ни по времени, ни по значению нельзя отделять от передачи государем герцогства Швабского, которое после смерти его двоюродного брата Фридриха фон Ротенбурга отошло к старшему сыну императора. Тем самым герцогство Швабское, которым Барбаросса руководил сам до своего возведения в королевское достоинство, снова досталось его ближайшему родственнику. В то же время ему удалось приобрести многочисленные имения знати, освободившиеся после смерти их владельцев, либо договориться о наследовании весьма обширных земель. Особого успеха он добился в южной Швабии, где сумел обеспечить герцогу Швабскому должности фогта во владениях епископов Аугсбурга и Кура. Граф Рудольф фон Пфуллендорф, многолетний верный соратник императора, после смерти под Римом единственного сына Бертольда сделал Штауфена своим наследником, а потом передал императору часть своих прав досрочно^[237].

Подобная же судьба постигла и дядю Барбароссы Вельфа VI — ведь и его сын, носивший то же имя, скончался от малярии. Правда, Вельф, который с самого начала схизмы сторонился своего племянника-императора из-за того, что его фактически вытеснили из переданных ему имперских ленов в Средней Италии, отреагировал на это событие совсем иначе, чем Пфуллендорф. Его отчаяние из-за смерти единственного сына выразилось в отказе от всех моральных ограничений: он отослал жену в монастырь, а сам стал вести разнузданный образ жизни^[238].