…Вардан отпер дверь и мы – Вардан, Яна и я – ввалились в его комнату.

– Хай.

Сначала я даже не поняла, откуда исходил поздоровавшийся с нами скрипучий голос. Джонни стоял у окна, худющий и как будто бы горбатый, почти незаметный на фоне темных штор. Из его сжатого кулака, направленный куда-то в нашу сторону, торчал длинный нож.

– Чувак, плохие новости. Мне нужно подлечиться. Нужно.

Вардан застыл. Мы замерли за его спиной.

– Окей, окей, – примирительно пробормотал Вардан.

Он кивнул, поднял руки в воздух, демонстрируя полное повиновение, и шагнул к сейфу. Набрал какую-то сложную комбинацию, повернул колесико. И распрямился, держа на раскрытой ладони страшную Астру.

“Вот сейчас будет плохо” – успела подумать я.

Звук выстрела не похож ни на что другое. Это не хлопок, не грохот, не стук, это именно выстрел, и стоит его услышать однажды, как ты будешь помнить его до конца своей жизни, жуткий, обдающий ужасом звук, от которого разом становится кошмарно и тошно, от которого внезапно похолодевший воздух окутывает тебя ледяной и колючей волной.

Яна завизжала, я крепко зажмурила глаза, да еще и зачем-то закрыла лицо руками. Что бы там ни было, подумала я, я не хочу этого видеть. Нет, зло и быстро скакало в голове, нет уж, ты не заставишь меня знать то, что я не хочу знать. Мне все равно, что с Джонни, жив ли он, мне все равно, мне не важно. Это твоя грязь, не моя, твердила я, одной рукой закрывая глаза, а другой шаря за спиной в поисках двери. Не мое дело.

Я скорее выпала, чем вышла на лестничную клетку. Запоздало потянуло гарью.

– Надо позвонить ментам, – прерывающимся голосом прошептала Яна у меня за спиной, – Или в скорую, или куда там…

– Да, да, конечно, – отозвалась я, уже прекрасно зная, что никуда мы не позвоним.

Потихоньку начала снова включаться голова.

– Давай-ка отсюда поскорее сначала.

– Он живой?

– Понятия не имею, – я тащила Яну вниз по лестнице. Мы пробежали переулок, пересекли Квин стрит, свернули направо и оказались на площади у кинотеатра. Здесь было солнечно и почти безлюдно. Я чувствовала, как горит лицо.

– А если он умрет? – все еще шепотом спросила Яна.

– Ну, если умрет, значит, умрет.

– Надо позвонить…

– Куда?!

– В полицию.

Страх сменился раздражением.

– И сказать им что, конкретно?

– Что мы слышали выстрел…

– Это и без нас скажут.

– А если нет?

– Ну давай, звони, – огрызнулась я на в общем-то ни в чем не повинную Яну.

Она достала телефон, и у меня снова бешено заколотилось сердце. Но Яна позвонила Владу.

– Зай, – сказала она, – Забери меня, пожалуйста.

Я с ужасом поняла, что звонить мне было некому.

9. Фокус

Джонни выжил и даже не попал в больницу.

Лето неумолимо приближалось. Вардан больше не злился. Он постоянно находился на грани воплей.

– Мне надо отсюда… Я еду в Брайтон, – объявил он однажды утром.

– Круто, – согласился Влад.

– Я не отпущу тебя одного, – неожиданно решительно сказала я.

– Не что? – Ужаснулся Вардан.

Но все-таки мы поехали вместе.

Погода выдалась не по-весеннему скучная и нескладная. Небо от края до края было выстлано неопрятными облаками. Казалось, что весь город сидит внутри пыльной коробки, набитой грязной старой ватой. Несмотря на пронизывающий северный ветер было тяжело дышать. Голова беспрерывно кружилась и ныла, тошнота и муть висели в воздухе, навязчивые и почти осязаемые. То и дело снова начинало моросить. Мы спустились по улочке к морю. По виду домов можно было издалека угадать, обитаемы ли они. Те, что поаккуратнее, неизменно стояли с закрытыми ставнями, дожидаясь своих летних обитателей. Попроще и понеряшливей выглядели куда более обжитыми.

Я ни разу не была в Брайтоне в плохую погоду. Было пусто и тихо, как будто весь город вымер. Ветер живописно и уныло бросал от изгороди к изгороди скомканные обертки из-под жареной рыбы, сочащиеся жиром, бумажки для самокруток и пустые бутылки. Мы шли рядом в душном молчании, как будто закутанные в тяжелое жаркое одеяло.

На пляже стало как будто легче. Вардан шагал, сосредоточено глядя под ноги. Он пинал песок, ветер подхватывал пыль и расстилал перед ним как ковер.

– Вечная драма. Мы все немного меняем направление ветра. Мы все немного меняем жизнь.

– Это вдохновляет, – с готовностью поддержала я намечавшийся разговор.

– Нет, – отрезал Вардан.

Мы решили переночевать в одном из простеньких отелей на берегу, из тех, в которых за скромным названием «B&B» прячется буржуазное мещанство и обывательский уют. Мы вошли в стеклянные двери, и на нас как по команде обернулись все, кто находился в холле. Неизменный бойкий индиец за стойкой, пара пенсионеров в креслах у окна и пожилой приветливый англичанин лет шестидесяти, вероятно, хозяин.

Я вдруг смутилась, представив, как мы выглядим со стороны. Мои короткие ярко-рыжие волосы, скомканные до неприличия кеды, тяжелая сумка через плечо, пачка сигарет, торчащая из кармана, мой странный говор и обгрызенные ногти, все это было категорически, тотально не к месту. На Вардана попросту было страшно взглянуть. Он выглядел как зомби, как ходячий мертвец. К тому же от нас разило марихуаной.