Читаем Филумана полностью

Когда ж это они с Ореем снова успели снюхаться? Я отследила по дедовским мыслям только одну встречу – ту, на которой Еев передал мне свой наглый ультиматум. А я, в свою очередь, дала через Орея на этот ультиматум недвусмысленный ответ. Мой ответ волхв лесному повелителю не передал. Или передал-таки? Провожая Никодима.

Провожал-провожал, да по пути на минутку заглянул в ту самую пещерку, дорогу к которой он сам мне через свои воспоминания и показал.

Никодим – не я. Он ни пешерки мог не заметить, ни состоявшейся встречи высоких договаривающихся сторон… А стороны, похоже, успешно договорились. Вдали от меня. Обменялись мнениями, сложили два и два – и вот вам верный ответ: я такая Узнающая, потому что читаю чужие мысли. И укокошить меня обеим высоким договаривающимся сторонам гак хочется – все четыре руки зудят! Две – со стороны нечисти, две – вполне человеческие.

А ведь, похоже, они в четыре руки какой-то план все-таки сварганили!

– Что тебе дедушка сделать велел? – ласково спросила я.

Меланья нехотя отложила зеркало, молча подошла к печке, вытащила закопченный чугунок, со стуком поставила передо мной на стол.

– А сама есть не будешь? – невинно поинтересовалась я.

– Поела уж, – буркнула Меланья. Потом, по-своему истолковав мою нерешительность, снизошла – добавила: – Ты не бойся, я себе откладывала, из общего чугунка не хлебала. Мы ж не собаки – из одной лоханки хлебать.

«И не свиньи, – добавила я мысленно. – Эти животные уж получше вас с дедушкой будут!» Особенно дедушка хорош. Заботливый такой! Завтрак дорогой гостье приготовил. А сам сбежал подальше. Чтоб я его мыслей прочесть не успела. Что же он скрывал в своих мыслях? Чем таким отравить меня решил, попотчевав из внученькиных ручек?

– А тебя, говоришь, травинкой угостил? – вздохнула я, заглядывая в пахучий, еще теплый чугунок.

– Да ты не завидуй, – презрительно сказала Меланья. – Она горькая была. – И спохватилась. – А я разве говорила про травинку?

– Говорила, – успокоила я ее. – Где травинка-то?

– Да сжевала я ее – почти наполовину.

– И что оставшаяся половина? – поощрительно улыбнулась я. – Где она?

– Дед забрал. Выбросил, наверно. Говорю – горька? она, невкусная.

Значит, внучке – противоядие, а мне кушанье без антидота. И до встречи на том свете!

– Ну ты есть будешь? Остынет! – недовольно проговорила Меланья, даже не подозревая о ядовитом содержимом чугунка.

– Что-то я не голодная, – поднимаясь, сообщила я. – Пойду прогуляюсь. Может, аппетит нагуляю. – Кого? – удивилась Меланья. – Забрюхатишь, что ли? Так уж захотелось? А тут и обгулять тебя некому – нет же в округе никого!

– Ну, насчет забрюхатеть – к этому у меня еще пока такой уж сильной тяги нет, – не смогла я сдержать улыбку. – А чугунок ты спрятала бы на место. Чтоб не остывал. Будет чем покормить дедушку, когда вернется!

* * *

Когда я добралась до князя и увидела радостно поднимающегося мне навстречу Бокшу, то чуть не расплакалась от благодарности.

Да пусть он хоть сто раз ант! Но он не собирается меня ни травить, ни убивать всячески, а искренне, по-человечески радуется моему появлению…

– Надо выбираться отсюда, – сказала я ему вместо приветствия. – Что-то слишком горячо становится в этом проклятом заповедном лесу. Знаешь, как это побыстрее сделать?

– Знаю, госпожа, – с готовностью качнул он своею щегольской бородкой. – Дальше по дороге – версты две – есть тропка крохотная…

– Поняла, – кивнула я. – Но что с князем будем делать?

– А что? – удивился Бокша. – Я князя поохранял, все в порядке.

– Понимаешь, не могу я его здесь оставлять. Не могу.

Это не очень стыковалось с логикой. Гораздо логичнее было умчаться сейчас по указанной Бокшей тропке, найти подмогу, а потом вернуться за князем. Тем более что своим замечательным коконом он лучше меня защищен от всех врагов… Только вот не могла я его бросить – и все!

Вдруг с ним за время моего отсутствия что-то случится? Вдруг кокон ослабеет, истончится, сломается? Или лукавый Орей опять объединится с Еевом и измыслит нечто, разрушающее кокон? Или просто молния грозовая ударит в моего князя и спалит, невзирая на кокон? Да мало ли!…

Я наклонилась, попробовала сдвинуть с места прохладный монолит. Удалось! Он оказался не слишком тяжелым и легко скользил по траве.

Что ж, тем более его оставлять здесь нельзя! Найдется кто-то ушлый, запрячет князя в заколдованную горную пещеру – иши-свиши потом!

Бокша наблюдал за моими действиями с суеверным страхом. Опыт, подкрепленный строгим приказом, запрещал ему вмешиваться. Ну а если что-то делает сама княгиня – так на то ее господская воля!

– У тебя в кустах тачки никакой не припрятано? – поинтересовалась я на всякий случай.

Он отрицательно качнул головой. Да я и сама видела его мысли: налегке он из ватаги ко мне рванул.

– Придется волокушу мастерить, – сокрушенно подытожила я.

Бокша не возражал. Под моим мудрым руководством он готов был мастерить даже «КамАЗ» с прицепом!