Читаем Феникс полностью

(Задерживает ее руку в своей.)


     ФРАНЦИСКА


      Нет, всем напоказ!

Пустите, сударь!

      (Отходит к двери.)


     КАЗАНОВА


      Как? И не простясь?

Как дикий зверь, добычею насытясь?


     ФРАНЦИСКА

      (исподлобья)


      Да я боюсь, что вы меня боитесь:

Кусаюсь.


     КАЗАНОВА


       Что «кусаюсь»! Бередишь

Вот здесь.


(Указывает на сердце. Затем, вглядываясь.)


       Глаза как ночь, а волос рыж…


     ФРАНЦИСКА


И вы туда ж! И так от дровосеков

Проходу нет! «Лес подожжешь!», «Брысь в реку!»

А по деревне — так: «Пожар! Пожар!»

Жизнь не мила!


     КАЗАНОВА


      Да это Божий дар!

Да это…


     ФРАНЦИСКА


        Да, благодарю покорно!

Вы, верно, рыжим не бывали.


     КАЗАНОВА


          — Черным.

Все побелеем. Пламень — пепел — прах.

Но почему ты снишься мне в штанах

И в сапогах? Что означает сон сей?


     ФРАНЦИСКА


А это так: когда заходит солнце

И люди остаются в темноте,

То все глупы, и не глупы лишь те,

Кто, не простясь ни с дедом, ни с соседом —

Плащ — сапоги — и — и за солнцем следом!

Вскачь! По пятам!


     КАЗАНОВА


Прытка не по летам!

            (Темно — себе.)

Когда-то — в баснословном, темном там

Одна… да, да… Та ж странная веселость…

Глаза не те, но тот же голос, голос…


     ФРАНЦИСКА


Чей голос?


     КАЗАНОВА


        — Так. — Но кто ж про мой отъезд?


     ФРАНЦИСКА


Никто, никто, сама святой вам крест!

Я, давеча немножко напроказив,

Забилась в ларь, а камердинер князев

Все ходит и бормочет сам с собой:

«Ох-ох-ох-ох» да «ой-ой-ой-ой-ой!»

«Осиротело наше Чернолесье!

Великий светоч нашего столетья

Нас покидает!» Нас покидает! Лучший цвет вельмож. —

Лучший! Ну так кто ж

Иной тогда?


     КАЗАНОВА


       О, не шути лукаво!

Нас, стариков, и вас, ребят, нет славы

Обманывать. Что встала? Подойди!


     ФРАНЦИСКА


Боюсь.


     КАЗАНОВА


       Я не кусаюсь.


     ФРАНЦИСКА


       Но в груди

Здесь что-то — тбк…


     КАЗАНОВА

   (чуть улыбаясь)


        Как?


     ФРАНЦИСКА


        Точно мне на картах

Смерть вышла.


     КАЗАНОВА

    (отрывисто)


     Сколько лет?


     ФРАНЦИСКА


        Пятнадцать в марте.


     КАЗАНОВА


Как звать?


     ФРАНЦИСКА


Франциской.


     КАЗАНОВА


       Бесподобный звук!

…да — Римини! — И как же это вдруг

Решилась ты, Франциска?


     ФРАНЦИСКА

    (почти дерзко)


       Так — решилась.

Чем мертвой мне лежать, что ваша милость

Уехали, чем в прорубь головой —

Я не глупа! — решила я живой.

       (Разгораясь.)

Вы на коне, я рядом, ваши свертки

Вот здесь, — о, вы не бойтесь: кроме корки

Сухой, глотка воды да вот одной

Такой улыбки… Свег так снег, зной — зной,

Дождь — дождь, град — град… О, я не только в ружьях

Сильна да в седлах! Всех своих подружек

Обогнала и в кройке и в шитье…

Хоть вы и не испытаны в тряпье, —

Плоха заплата?


(Разворачивает рубашку, что-то роняет и движением кошки зажимает в горсть.)


     КАЗАНОВА


Что это?


     ФРАНЦИСКА


        Так, — штучка

Одна упала.


     КАЗАНОВА


        Разожми-ка ручку

Ну, покажи!


     ФРАНЦИСКА


Умру, — тогда возьмешь!


     КАЗАНОВА


Тогда скажи!


     ФРАНЦИСКА

   (без вдохновенья)


       Ну, новогодний грош…

Ну, камушек…


     КАЗАНОВА


       Не проще ли: записка

Любовная? Что ж, я не муж, Франциска,

Тебе, а дед, и даже уж не дед,

А прадед… Я и сам в пятнадцать лет

Тонул в записках…

        (Тихонько разжимает ей руку.)

        Что тут за стекляшка?


     ФРАНЦИСКА

(не глядя, скороговоркой)


От вашей туфли стразовая пряжка…

Вы обронили… Я, когда мела,

Подобрала…

       (И — нe выдерживая.)

     Нет, я вам соврала!

Сама взяла? О, не сердитесь! Сразу

Опять пришью…


     КАЗАНОВА

       (холодно)


      Но ты ошиблась: стразы

Не ценятся… Стекляшкой искусил!


     ФРАНЦИСКА


Но вы ее носили?


     КАЗАНОВА


        Да, носил.


     ФРАНЦИСКА


А я бы с ней спала, и в гроб бы даже…


     КАЗАНОВА

(хватаясь за сердце)


Как мне бы в гроб не лечь от этой кражи!


     ФРАНЦИСКА

      (всхлипывая)


Кусаюсь… Вор… Теперь уж следом, вскачь,

Не пустите? Прогоните?


     КАЗАНОВА


       Не плачь!

Не отпущу!


     ФРАНЦИСКА

  (с жестом к окну)


Уж на сосне висела!


     КАЗАНОВА

  (обеспокоенный)


А если бы ты немножечко присела?

Вот кресло.


     ФРАНЦИСКА


       Что вы, сударь! Здесь, у ног,

Вот так, как ваш покорнейший щенок.


(Переплетает руки на его коленях и, откинув голову, смотрит.)


Ну и глаза у вас! — Пожар и мрак!

Кто говорит: вы старый, тот дурак.

Дворовые сегодня пьют вино;

А у меня и так в глазах темно!

Сам капеллан, что, как купель, разбух,

Пьет из одной, Франциска пьет из двух,

Двух — сразу — чаш! Ура! — Когда умру,

Скажу, что пировала на пиру

И что пила не из кабацкой кружки…

Ура!


     КАЗАНОВА


      Ты опоздала на пирушку!

Мои подружки золотой поры

Тебе б сказали про мои пиры

Полночные. — Ты поздно родилась.

Мне нечем угостить вас, кроме глаз.


     ФРАНЦИСКА


И губ.

      Шаги.

     Идут! Боже ты мой! Найдут!

Домой сведут! Ой, спрячьте! Нравом крут

Отец, — убьет! Где ж шкаф у вас?


     КАЗАНОВА

(в замешательстве)


       Где шкаф?


     ФРАНЦИСКА


И я умру, вас не поцеловав!


Казанова единым взмахом поднял и поставил Франциску в нишу окна. Занавес — волнами. Камердинер.


     КАЗАНОВА

   (спиной к окну)


Ты, Жак? Что это за поднос?


     КАМЕРДИНЕР

(почтенно и степенно)


Я вам поужинать принес,

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кино между адом и раем
Кино между адом и раем

Эта книга и для человека, который хочет написать сценарий, поставить фильм и сыграть в нем главную роль, и для того, кто не собирается всем этим заниматься. Знаменитый режиссер Александр Митта позволит вам смотреть любой фильм с профессиональной точки зрения, научит разбираться в хитросплетениях Величайшего из искусств. Согласитесь, если знаешь правила шахматной игры, то не ждешь как невежда, кто победит, а получаешь удовольствие и от всего процесса. Кино – игра покруче шахмат. Эта книга – ключи от кинематографа. Мало того, секретные механизмы и практики, которыми пользуются режиссеры, позволят и вам незаметно для других управлять окружающими и разыгрывать свои сценарии.

Александр Наумович Митта , Александр Митта

Драматургия / Драматургия / Прочая документальная литература / Документальное
Орфей спускается в ад
Орфей спускается в ад

Дорога заносит молодого бродягу-музыканта в маленький городок, где скелеты в шкафах приличных семейств исчисляются десятками, кипят исступленные страсти и зреют семена преступлений…Стареющая, спивающаяся актриса и ее временный дружок-жиголо абсолютно несчастны и изощренно отравляют жизнь друг другу. Но если бывшая звезда способна жить лишь прошлым, то альфонс лелеет планы на лучшее будущее…В мексиканской гостинице красавицы-вдовушки собралась своеобразная компания туристов. Их гид – бывший протестантский священник, переживший нервный срыв, – оказался в центре внимания сразу нескольких дам…Дочь священника с детства влюблена в молодого человека, буквально одержимого внутренними демонами. Он отвечает ей взаимностью, но оба они не замечают, как постепенно рвущаяся из него жестокая тьма оставляет отпечаток на ее жизни…В этот сборник вошли четыре легендарные пьесы Теннесси Уильямса: «Орфей спускается в ад», «Сладкоголосая птица юности», «Ночь игуаны» и «Лето и дыхание зимы», объединенные темами разрушительной любви и пугающего одиночества в толпе.

Теннесси Уильямс

Драматургия