Читаем Если нет полностью

Горячий

В эпоху юности блудливой,напоминающей запой,Еще безрогой, но бодливой, отменно зоркой,но слепой,Бессильный бог, неумелый гений,ничей не муж, ничей не зять —Я ставил выше всех уменийуменье вовремя сказать:– Отныне всё. Отныне хватит.Не сомневаясь, не трясясь,Отныне часа не потратитмоя душа на эту связь.Здесь никого уже не будитни закат, ни рассвет,Здесь ничего уже не будети ничего уже нет.Не затевай высокой драмына общепитовском пиру,Не жди зияния от ямы,не путай бездну и дыру.Пока не бьюсь за каждый день я,пока я молод и брезглив —Нет хуже лжи, чем примиренье.Нет высшей страсти, чем разрыв.Не разводи садов в пустыне,с ней труд не сладит никакой,Не брезгуй средствами простыми —забыть, забить, махнуть рукой,Без тени ложного стыда,не тратя лучших лет,Иди туда, не знаю куда,Но не сюда,Нет,Нет.В эпоху зрелости безлюдной,побитой чуть сединой и ржой,Среди паскудной, неподсудной,еще родной, уже чужой,Среди бессмысленных сомнений —нельзя вперед, смешно назад, —Я ставлю выше всех уменийуменье вовремя сказать:– Отныне всё. Отныне хватит.Не пополняя стад и стай,Отныне года не потратитмоя душа на этот край.Здесь никого уже не судитни пророк, ни поэт,Здесь ничего уже не будети ничего уже нет.Не жди прозрения от зверстваи не спасай чужую жизнь,Порви канат, развейся, взвейся,за эту почву не держись,Своих трудов в нее не вкладывай,изничтожаться не мешай,И не гадай, и не загадывай,и ни о чем не вопрошай,Иссякшей почвы не возделывай,не заселяй проклятых мест,Сменяй на крестик можжевеловыйих золотой могильный крест,Не обольщайся давним детством,не повторяй ему «Сезам!»,Не удивляйся их злодействам,не умиляйся их слезам,Не трать последние годана их прокисший бред,Иди туда, не знаю куда,Но не сюда,Нет,Нет.В эпоху старости постылой, скупойи блеклой, как Кащей,Такой тупой, такой постыдной, такойсовсем, такой вообще,Смешной для новых поколений,как разорившася знать, —Поставлю выше всех уменийуменье вовремя сказать:– Отныне всё. Отныне хватит.Прошла пора ломать комедь.Кто страсть и родину утратит,о чем еще тому жалеть?Нас не сожжет и не остудитни вопрос, ни ответ —Здесь ничего уже не будети ничего уже нет.Здесь все давно пришло в негодность,ушло в утиль, достигло дна,И только гордость, только гордостьчего-то стоила одна.Она одна еще твердаИ как звездаГорда.Иди туда, не знаю куда,И навсегда,Да,Да.

Калифорнийский

Перейти на страницу:

Все книги серии Весь Быков

Маруся отравилась. Секс и смерть в 1920-е. Антология
Маруся отравилась. Секс и смерть в 1920-е. Антология

Сексуальная революция считается следствием социальной: раскрепощение приводит к новым формам семьи, к небывалой простоте нравов… Эта книга доказывает, что всё обстоит ровно наоборот. Проза, поэзия и драматургия двадцатых — естественное продолжение русского Серебряного века с его пряным эротизмом и манией самоубийства, расцветающими обычно в эпоху реакции. Русская сексуальная революция была следствием отчаяния, результатом глобального разочарования в большевистском перевороте. Литература нэпа с ее удивительным сочетанием искренности, безвкусицы и непредставимой в СССР откровенности осталась уникальным памятником этой абсурдной и экзотической эпохи (Дмитрий Быков).В сборник вошли проза, стихи, пьесы Владимира Маяковского, Андрея Платонова, Алексея Толстого, Евгения Замятина, Николая Заболоцкого, Пантелеймона Романова, Леонида Добычина, Сергея Третьякова, а также произведения двадцатых годов, которые переиздаются впервые и давно стали библиографической редкостью.

Коллектив авторов , Дмитрий Львович Быков

Классическая проза ХX века

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия