Читаем «Если», 2004 № 11 полностью

Охваченная удивлением, Клари подняла взгляд. Такого вопроса она не ожидала. Она смотрела на Мастера, спокойного и уверенного, затянутого в черный мундир со стоячим золотым воротником и синими нашивками. Мастер был Советником на Селестии, Новой Земле, Юнипере… Колонии на планетах вокруг звезд, расположенных в Руке Ориона, достигли критической массы и теперь основывали собственные колонии; лучшего времени для поступления на службу просто нельзя было придумать. Неужели он не понимал, как чувствует себя Клари?

Она выпалила:

– По-моему, это самая важная работа из всех, которые когда-либо существовали. Направлять политиканов по пути мира, стать специалистом, чьей профессиональной обязанностью является борьба с насилием, к чьим услугам прибегает вся Галактика… если нет стабильных правительств, как тогда сохранить любое из учреждений, приносящих процветание и…

– Я не просил вас перечислять Десять пунктов, послушница, – сухо оборвал ее Мастер. – Меня интересует, насколько серьезно вы хотите стать Служительницей Мира.

– Всем сердцем. Я готова на все, чтобы меня приняли в корпус!

– Гм-м. – Он испытующе посмотрел на нее.

– Пожалуйста, не отсылайте меня, Мастер. Я действительно хочу постичь аки. Я просто… просто…

Он подал ей листок:

– Вы просто не можете понять, почему добро не есть развращенность.

Со стыдом она прошептала:

– Нет.

– Можете ли вы увидеть Юки? Визуализируйте ее: она в Тихом Куполе, возле Ганса. Что они делают?

Что же делает сам Мастер? Он явно дает ей подсказку. Она же должна понять смысл и содержание каждой аки сама. Отчаянным усилием воли Клари сумела представить перед собой Юки, а потом Ганса, занятых… чем? Клари никогда не видела, чтобы они хоть что-нибудь делали вместе, а тем более в Тихом Куполе.

Мастер негромко подсказал:

– Мваквамбе тоже находится там.

Мваквамбе… Мваквамбе… А Мваквамбе хотя бы знает Юки? Их образы сходились и расходились, так и не образовав ничего.

– Мастер, я не увидела ничего хоть сколько-нибудь реального. – Позорное признание: наблюдение есть все, утверждает первая ака.

Мастер шевельнулся в кресле, и несчастная Клари приготовилась к худшему. Куда она пойдет, как сложится ее судьба? Ведь именно этим делом она хотела заниматься всю свою жизнь.

– Клари, – сказал он, – я намереваюсь прибегнуть к необычной мере. Ты исчерпала срок, отпущенный на овладение тремя первыми аками, однако в редких случаях послушнику может быть предоставлено дополнительное время. Условие такое: он должен побыть вдали от Новициата, под руководством активно практикующего Служителя. Сегодня днем ты будешь в поезде, идущем до Грамоса.

– До… до города?

– Оттуда направишься в космопорт – и на Тримон.

– Вы посылаете меня… на другую планету?

– На Тримон. Там тебя встретят и доставят к Служителю по имени Бен Ко. Не исключено, что, прежде чем встретиться с ним, ты столкнешься с другими Служителями. Запоминай и усваивай все увиденное.

– Но…

– Багажа бери немного, – напутствовал Мастер, а Клари все еще не могла понять происходящего. Однако задача эта была не легче третьей аки. Она буквально вывалилась из кабинета, уступив дорогу гладкому серому коту, вошедшему в комнату с уверенным видом.

Брак

На втором году войны Брак оставил свою деревню, расположенную на берегу Зеленой Реки, и в одиночестве углубился в горы. У него зародились сомнения в отношении этой войны, ее справедливости и методов, но всякий, с кем он делился своим мнением, реагировал либо недоумением, либо гневом. Неужели он и впрямь не понимает, что это за люди и какого рода мир им нужен? Неужели его не волнует и то, что на Тримон напали?

У Брака не было ответа на эти вопросы. Он не мог даже четко сформулировать суть своих колебаний. И поэтому он решил предпринять ваму в горы, чтобы наилучшим образом очистить голову, освободить от ядов собственную душу и исследовать природу сомнений. Ему было пятнадцать лет, и предстоящее ваму должно было стать первым, проведенным им в одиночестве.

Он направился на восток – подальше от прекрасной населенной долины и от войны, что бушевала на дальнем западе. Брак не был силачом, а подъем с тяжелым рюкзаком за плечами показался бы трудным даже крепкому юноше. Мать буквально перегрузила поклажу всякими съестными припасами и необходимыми для жизни вещами. Еще она заставила Брака дать обещание ограничиться касу ваму, медитацией без поста и вернуться домой на пятый день – к темноте. Она обняла его на прощание, стараясь не смотреть сыну в глаза.