Читаем Ещё один дракон (СИ) полностью

— Ладно, я попрошу еще раз, если ты такой жлоб. Покажи, пожалуйста яйцо. — Она развела руками, пытаясь придать просьбе как можно больше обыденности. — Мне показалось, что оно какое-то необычное, хочется рассмотреть подробнее.

Хатч недоуменно вскинул брови, но не стал возражать. Он не всегда понимал логику людей, поэтому зачастую принимал их заявления «как должное», веря, что так и есть. Осмотревшись по сторонам, он придвинулся ближе и поставил сумку на стол. Осмотрелся еще раз. И осторожно откинул кусок ткани с застежкой, открывая. В укрытии вложенного меха лежало крупное бело-красное яйцо с изящными узорами. Тонкие ленточки завитков, бусинки-капельки вдоль них, будто искусный художник старательно расписал.

— Ого! — выдохнула Ориола, пригибаясь к столу, чтобы лучше рассмотреть диковинку. — Красивое! Никогда не видела яиц с узорами…

— Цвет узора показывает цвет гривы дракона, — доверительным шепотом сообщил Хатч, любовно поглаживая скорлупу пальцами. — А цвет основы — цвет шерсти. Бело-красный будет. Как я.

Ориола не сдержала улыбки, глянув на спутника.

— А можно… — Ориола нахмурилась, пригнувшись, пододвинувшись и разглядывая яйцо близко-близко. — Можно как-нибудь узнать, мальчик это будет или девочка?

Хатч неловко улыбнулся. Окружающие совершенно не обращали внимания на парочку с сумкой. Весело переговариваясь и смеясь, проходили мимо, даже не глянув на шепчущихся. Яйцо лежало в сумке, укутанное мехом, показывалось только самым кончиком. Изящные алые завитки как будто шевелились в переливах бликов от ламп и солнечного света.

— Первые полгода это будет просто дракон. Ведь, как я уже говорил, мы бесполы. Обычно только после полугода дети пытаются сменить ипостась, но и то не у всех получается.

Ориола подняла растерянный взгляд. В глазах прямо светилось непонимание, замешанное с ужасом. Для людей вообще было странно, что можно вот так вот жить и не иметь пола. Либо ты мужик, либо ты баба — так привыкло большинство. А пола нет только у камней каких-нибудь. Даже ангелов, демонов и духов всегда делили на мужчин и женщин. Например, покровителей благоразумия и справедливости всегда изображали мужчинами. Покровителей терпимости, верности и любви — исключительно женщинами. Попытки привнести новое в видение высших созданий, которых никто никогда не видел, неизменно заканчивались скандалами и немедленным уничтожением богохульных картинок и сувениров. Пусть в последние годы и стало свободнее: уже никто не кинулся бы ругать девушку, побежавшую на торжище в мужской рубахе. Но помнить и уважать данное богами обязан был каждый. А как может быть богами не дано?..

К Хатчу немногочисленные знакомые относились как к мужчине. Мягкому характером, немного изнеженному и в чем-то женственному, но мужчине. Он и не возражал, ведь, превращаясь в человека, становился мужчиной. Но из смутных воспоминаний еще не стерлись сценки, где матушка пыталась научить его превращаться. Прошел почти год, а драконыш так ни разу и не смог сменить ипостась. Матушка почти перестала верить, хоть и продолжала подбадривать. И вот тогда… если бы он не смог… ведь он бы так и остался навсегда просто драконом. Всё сложилось бы иначе. И после встречи с Арю — тоже. Он был бы просто драконом. Без пола, без дня рождения. Без имени — ведь Хатч сам представился, когда юный маг устал гадать, какое прозвище дать новому другу.

Иначе сложились бы и отношения. Хатч не смог бы стать для мага никем иным, только другом и… ручным зверьком. Сейчас же он на роль зверя соглашаться не желал. Осматриваясь вокруг, глядя на людей в закусочной, оборотень считал себя одним из них. Может быть, отличающимся и странным. Может быть, со своим видением и пониманием мира. Но имеющим право жить так, как хочется. Без опоры на статус и обязательную роль. Ведь как он мог бы объяснить людям, кем себя считает? Арю был для него семьей. Но кем именно? Почти все варианты ему не нравились, это было не то, не подходило. Хатч чувствовал себя воплощением любви. Безграничной, преданной, самоотверженной, готовой утешить, приласкать, порадовать. Арю был для него воплощением защиты. Сильной и крепкой, способным спасти, уберечь, поддержать. Разве можно было уложить эти чувства в человеческие каноны отношений?.. Можно. Только Хатч каждый раз с горькой иронией размышлял, кто был бы хуже для Арю: мужчина или животное. На роль супруги не тянул ни один, а Хатч умудрился собрать в себе обоих.

— Послушай, а как же тогда давать имена? — вдруг спросила Ориола, когда Арю уже поставил на их стол тарелки с ароматным тушеным мясом и снова ушел. Хатч осторожно принюхался. Самочувствие его весь день было куда лучше недавнего, поэтому хотелось снова начать жить полной жизнью, в том числе и хорошенько подкрепиться. Переложив из общего блюда самые аппетитные кусочки на небольшую тарелочку, протянул девочке. Ориола улыбнулась и продолжила: — Если не знаешь пол ребенка, как можно выбрать ему имя?