Читаем Эрос полностью

– Ты только прикинь, какую кучу бабок мы огребем! И почти ничем не рискуя. Если только он клюнет на удочку… Обязательно надо попробовать! Такая жирная птица… А потом можешь спокойно отправляться на пенсию.

– Да его наверняка охраняет сотня телохранителей! Нас всех заметут подчистую: ведь он живет в сердце Баварии!

– Подумаешь, Бавария! Ты встретишься с ним с глазу на глаз. А если он не захочет говорить с тобой, что ж, тогда придется придумать что-нибудь другое.

Некоторое время Софи еще возражает, но Якоб не собирается отступать от затеи и посвящает в нее всех присутствующих.

– Я судорожно вцепился в телефонный аппарат. Вы не представляете, что творилось в моей душе, но вы все же постарайтесь это представить и описать все как есть, искренне и достоверно. Найдите самый верный тон, самый пронзительный, самый высокий!

– Да?

– Александр?

– Да.

– Это Софи. Еще не забыл меня? Мы с тобой встречались когда-то… очень давно. Наверное, уже четверть века тому назад…

Я не верил своим ушам. С меня ручьями лился пот. Любимая – моя любимая – говорила со мной, а ведь я уже почти похоронил ее. Колени мои дрожали и подгибались. Сам не знаю, как я выговорил:

– Я помню тебя.

– Твой телефон прослушивается?

– Нет, – сказал я, но мысль об этом ни разу не приходила мне в голову.

Прослушивался ли мой телефон? Совсем исключить это было нельзя.

– Слушай внимательно. Ты слышишь?

– Конечно, слышу. А где ты находишься?

– Этого сказать я тебе не могу.

– Кажется, что ты так близко… Словно звонишь из соседнего дома.

– Да слушай же ты! Это очень важно. Слушаешь?

– Да.

– Один наш человек откопал акт, который касается тебя. И там написано, что мы с тобой были знакомы.

– Хм… Какой еще акт? Из федеральной полиции?

– Не болтай ерунды. Слушай, это не шутка. Мы хотим похитить тебя. За два миллиона выкупа.

– Ясно.

– Мне велено позвонить тебе и заманить в условленное место. Там тебя и сцапают. Я не могла сопротивляться желанию большинства.

– Понимаю. Полностью тебя понимаю.

Разговор переполнял меня светлыми эмоциями, и я держался изо всех сил, чтобы не заплакать.

– Поэтому я и звоню тебе.

– Куда мне прийти?

– Чего?

– Куда я должен прийти?

– Да никуда. Идиот! Я этого не хочу.

– Почему?

– Слушай, не задавай глупых вопросов…

– Но ведь это великолепная идея! Я так хочу снова увидеть тебя…

– Совсем не смешно! Не будь такой тупоголовой дубиной! Я говорю с тобой серьезно.

От возбуждения я ползал на коленях по комнате и дрожал от радости. Она говорила со мной серьезно!

– Но, Софи, ведь я не хочу, чтобы у тебя были проблемы из-за меня!

– Чего?

– Если я не приду в назначенное место, твои люди заподозрят тебя в предательстве.

– У тебя что, крыша поехала? Пойми же ты наконец: меня разыскивает полиция, плакатами с моей физиономией обклеены все столбы! Нормальный человек ни за что не согласится идти со мной на контакт! Я сразу сказала им, что ты никуда не пойдешь. Но тем не менее меня заставили позвонить. Ну хорошо, я свое дело сделала. Сиди в ближайшие дни в своем бункере, и тогда с тобой ничего не случится.

– Но… со мной и так ничего не случится. Я вполне могу заплатить.

– Ты что, больной?!

– Я всего лишь не против сотрудничать с вами! Два миллиона – да ради бога! Какие это деньги? Но я хочу увидеть тебя. Приезжай ко мне! Я дам вдвое больше, чем ты просишь. Можешь взять с собой своих друзей!

Мы с ней явно говорили на разных языках. На другом конце провода вдруг стало тихо, очень тихо, и молчание длилось так долго, что я уже был готов к самому худшему. Но потом я услышал ее дыхание – она дышала сбивчиво и неровно. Похоже, ситуация начинала действовать Софи на нервы.

– Значит, я звоню тебе, чтобы предупредить об опасности, а ты смеешься надо мной?

– Прости, я пригласил тебя в гости, не подумав. Конечно же, ничего из этого не выйдет, ведь ты не можешь верить мне до конца. Я приеду к тебе сам. Деньги я могу сразу же принести с собой. Скажи своим, что мы встретимся с тобой с глазу на глаз. Так где мы встречаемся?

– Выкинь это из головы, недоумок! – Она совсем рассвирепела, и я понимал почему.

– Ну пожалуйста, скажи! Где мы увидимся с тобой? Говори же!

– В кабачке недалеко от твоего замка. «У белого оленя». Разве не все равно?

– Я знаю этот кабачок. Когда?

– Завтра в десять вечера. Ты что? Тебе не кажется, что ты спятил?

– Я буду ждать тебя там. Деньги я принесу с собой. Если хочешь, мелкими купюрами. Правда, времени на то, чтобы их раздобыть, совсем мало, но ничего, успею. Ты слышишь меня?

Она положила трубку. Может, кто-то помешал ей? Я немедленно дал указание приготовить мне к завтрашнему вечеру дипломат с деньгами. Собственно, даже из-за одного веса это было не так уж мало. Возможно, мне потребовалось бы два или даже три дипломата.

Фон Брюккен пытался воспроизвести для меня ту эйфорию, которая охватила его в тот день, но его попытки не увенчались успехом. Вместо этого передо мной развернулась клоунада – удивительно многогранная, где комическое уступало трагическому, а фарс выливался в самобичевание, в горький смех над самим собой.