Читаем Эра беззакония полностью

Калмычков отзвонился в районную прокуратуру, благо, с адмиралтейскими у него лады. Выяснил номер дела. Следователь, работавший по делу, оказался в отпуске, но коллеги подсказали фамилию судьи, выносившего оправдательный приговор. Мельникова Ирина Сергеевна.

Время предобеденное. Шансов застать судью мало. Но Калмычков прыгнул в машину и понесся в районный суд. Зачем? Из глупой превычки разматывать ниточки до конца.

Судья Мельникова готовилась к заседанию. С боем прорвался через ее секретаря. Нацепил любезную улыбку, рассыпался в комплиментах. Но Ирину Сергеевну не покорил. Выслушала его краткую преамбулу, не глядя в глаза. Ухоженные пальцы в перстнях нервно постукивали по столу.

— От меня-то, что хотите, подполковник Калмычков? Запросите дело в рамках проводимого расследования. Ах, нет расследования. Личная инициатива?

Калмычков чувствовал себя идиотом. Вполне заслуженно.

— Ирина Сергеевна, как человек человеку… — канючил он. — В двух словах…

— Я не человек. Я судья! У меня есть права и обязанности. И вы, как милиционер, должны о них знать.

Терпеть вытирание об себя ног Калмычкову не впервой. Опер всем должен. Только ему — никто! Он вышел из кабинета, матеря про себя всех баб на неженской работе и судей — особенно. Но опер, даже бывший, есть опер! Хватки Калмычкову не занимать.

Он рванул на второй этаж, в кабинет председателя суда. Лишь бы не уехал на обед! Хомченко — одногруппник по университету. Калмычков пересекался с ним редко, но помнил как парня неплохого и доброго. Застать бы!..

Хомченко надевал пальто, когда Калмычков протиснулся в его кабинет. С вопросом вскинул брови, но узнал однокашника и расплылся в улыбке. «Я же помню — добрый…» — подумал Калмычков.

Хомченко обрадованно тряс его руку, предложил присесть. Присел и сам. Но пальто снимать не стал.

— Рассказывай, Коля, какими судьбами?

Калмычков глядел на сильно располневшего Хомченко в дорогом костюме, в дорогом пальто. Платиновые запонки. Очки в золоте. На столе бронза и горный хрусталь.

— Хорошо суды живут. Почти как адвокаты… — непонятно к чему ляпнул Калмычков.

— Не жалуемся… — Хомченко забарабанил пальцами по столу, как перед этим Ирина Сергеевна. — У нас, как у похоронщиков — работа есть всегда. Вершим, так сказать, правосудие.

Калмычков сбивчиво рассказал о цели своего визита. Говорил, а сам чувствовал, как мелка его суета на фоне хомченковского кабинета. На фоне его костюма, ботинок и запонок. Неуместная суета.

Хомченко улыбнулся. Расслабился и еще сильнее подобрел.

— Я думал, ты о себе. Неприятность какая. Знаю, как по лезвию ходите. Чуть что — уже нарушил. Давай по рюмочке, за встречу… — он достал из стола коньяк и два бокала.

Выпили.

— Ирина Сергеевна у нас молодец. Все по букве Закона! Дотошная, пунктуальная. Лучший кадр в моей богадельне… — Хомченко налил по второй. — Гаишники нам не страшны.

— Хома! Прости, Максим Петрович, я ведь по-человечески. Дела пока нет, может, и не будет, а информация нужна. Направление почувствовать. Понимаешь, о чем я? — Калмычков уже не рад был, что с судейскими связался.

— Не понимаю, Николай… Иванович, кажется? Мы не очень-то по отчествам в студенчестве… В суде все четко и определенно, без намеков. Что тебя интересует? — Хомченко говорил неторопливо, но Калмычков уже второй раз заметил быстрый взгляд на часы.

— Всего-то хотел узнать у твоей мегеры, почему приговор вышел оправдательный… — сказал Калмычков.

— За отсутствием состава, если память мне не изменяет. Год прошел. Всех дел не упомнишь… — Хомченко снова бросил взгляд на часы. Торопится. — По этим статьям редко сажают. Почти никогда.

— Ну, ладно, извини за беспокойство! — Калмычков начал откланиваться. — Спасибо, что не забыл. Обращайся, если что…

— Лучше вы к нам…

Калмычков пулей выскочил из здания и понесся к себе в Главк. Подальше от гнезда Правосудия!.. Мужики насели с расспросами, он отнекивался, но все же признал, что толком ничего не выяснил.

— Кончаем бодягу! За дело надо браться серьезно или никак… — хлопнул ладонью по столу.

— Серьезно будет стоить сто рублей, — подошел к нему Володя Трофимов.

Калмычков непонимающе уставился на него.

— Третий день пустой хожу. Жена только на перекус дает. С долгами расплачиваемся. Что вы на меня так смотрите, Николай Иванович? Давайте стошку, через два часа доложу. Узнаю, что смогу… — сказал Володя и протянул руку.

До Калмычкова дошло. Он протянул Володе двести рублей.

— Закуски купи, а то до завтра не дождемся.

— Не представляете, какие у нас в 38-м орлы! Рукавом занюхают и в бой… — Володя сунул в карман деньги и уже от двери крикнул. — Через два часа!..

— Не к добру возня эта… — проворчал из своего угла майор Нелидов.

К пятнадцати часам из министерства долетело распоряжение об откомандировании подполковника Калмычкова в распоряжение генерала Бершадского. Калмычков занялся оформлением документов и билета. Пробегал часа полтора. Когда вернулся в кабинет, опер Трофимов уже сидел в кресле, курил и рассказывал анекдоты. На вид — почти трезвый.