Поднимаясь, я услышал, как Полковник что-то сказал Лотте, которая тут же последовала за ним к дому. Я смотрел на них в сером свете дня, и мне казалось, что голова у меня сейчас лопнет. Когда они скрылись из виду, я взглянул на наручные часы и тоже побежал.

Анна

Я очнулась от какого-то настырного шума. Сначала я увидела пол и только через пару секунд поняла, что не так. На чистом полу ничего не было. И не было Кати. Я хотела поднять голову, но боль в виске заставила меня сдаться. Мысли вяло теснились в мозгу. Я сделала еще одну попытку подняться, и мне удалось скорчиться в сидячем положении. Кто-то прибрал медпункт. Каталка больше не валялась перевернутой, а стояла на своем месте. Пол был чисто вымыт, и если бы я не знала, что здесь совсем недавно растекалась лужа крови, то не заметила бы еле видных кругов, оставленных тряпкой. А Кати и следа не было. Единственное, что придавало медпункту странный вид, это что я сидела тут на полу в одном белье. Мне удалось подняться на ноги. Голова была тяжелая, как шар в кегельбане, во рту – привкус крови. Потом я поняла, откуда идет разбудивший меня звук – кто-то снова и снова нажимал звонок на двери медпункта. А теперь в дверь еще и застучали и принялись дергать ручку.

Я услышала, как кто-то крикнул: “Принесите ключ из кухни!” Пора пошевеливаться, убираться на Стратегический уровень, и поскорее. Я доковыляла до морозильной камеры, подняла крышку и попыталась влезть внутрь. Закрыв крышку, я стала судорожно вспоминать код замка. Девять цифр. Первая попытка – неверно. Снаружи уже крутили ключ в замке. Пальцы у меня дрожали так, что едва попадали на цифры. Вторая попытка – неверно. Дверь медпункта открылась. Осталась одна попытка. Теперь голоса звучали уже в помещении. Женский голос, наверное, Лотты или Франциски, их трудно было различить, проговорил:

– Кажется, ее здесь нет.

– Вы уверены? – Это был Полковник.

Я слышала, как они ходят. Рано или поздно кто-то из них обязательно поднимет крышку. Я медленно нажимала на кнопки, последняя попытка. Руки дрожали уже неконтролируемо.

– Проверьте склад лекарств. – Голос Полковника приблизился. Осталось всего три цифры.

– Странно, что она пропала, вам не кажется?

Теперь я была почти уверена, что это Лотта. Судя по голосу, она стояла поодаль. И была напугана.

Я ввела последнюю цифру, и контрольная панель погасла. Замок сработал. В ту же секунду кто-то затряс крышку камеры. Я задержала дыхание. Полковник еще раз дернул крышку.

– Да, очень странно и неудачно. Вы не знаете, как ее поднять?

Контрольная панель осветилась изнутри, прямо на высоте моего лица. Я поняла, что Полковник подбирает код, и стала надеяться, что он нажимает кнопки наугад. Насколько я знала, запирать и отпирать камеру могли только мы с Катей, но теперь Катя исчезла, и я не знала, где она, знала только, что кто-то избавился от нее. Если это сделал Полковник, то он мог заставить ее выдать код. Его руки шарили по контрольной панели всего сантиметрах в десяти от моего лица. Я старалась не дышать.

– Здесь ничего. Может, проверим кухню? – Лотта.

Я услышала, как Полковник встал, контрольная панель погасла. Судя по шагам, он покинул медпункт. Человек, напавший на Катю, наверняка спрятал ее где-нибудь на острове, и теперь они, кажется, ищут ее. Наверное, это тот же человек, что ударил меня по голове. Кто-то знал, что я вовсе не умерла прошлой ночью.

Я еще полежала, дыша и размышляя, какие у меня альтернативы. Мне вдруг пришло в голову, что человек, напавший на меня и Катю, мог спрятать ее и спрятаться сам на Стратегическом уровне. Если я сейчас спущусь туда, то попаду прямо в руки к нему или к ней. Но идти в другом направлении еще опаснее, а вариант лежать в морозилке, пока с большой земли не придет подмога, представлялся и вовсе безнадежным. И я решила все-таки спуститься.

Как могла тихо и осторожно я кралась вниз по крутой лестнице. В моем подземелье было по-прежнему пусто. Я понадеялась, что о существовании Стратегического уровня – как и о том, как туда попасть – знаем только мы с Катей. На коленях у меня все еще темнела засохшая кровь, и я вытерла их мокрым полотенцем. Потом положила полотенце в пакет, а пакет заклеила скотчем – на случай, если ему придется послужить уликой. На полке стояли пузырьки с лекарствами; я с некоторым усилием потянулась к пузырьку с болеутоляющим и вытрясла три таблетки. Во рту пересохло, и я с усилием сглотнула несколько раз, чтобы отправить таблетки вниз по пищеводу. Ощущая во рту вкус таблеток, я уселась перед мониторами. Прогнать мысли о Кате и о том, что может означать ее исчезновение, никак не получалось. Может, надо прервать задание и искать ее? Я колебалась. Меня инструктировали не раскрывать себя, что бы ни случилось. Я решила, что шансов найти Катю у меня будет больше, если я стану искать ее из своего укрытия и при помощи средств, которыми располагаю: мониторов и стенных глазков.